Не могу быть гениальным все 24 часа, не останется времени на бритье
(Джордж Гордон Байрон)
Сеть
27.03.2012
Муромцу пришили экстремизм
Самарский районный суд запретил размещенное в Интернете стихотворение Леонида Корнилова...
Самарский районный суд волевым решением запретил размещенное в Интернете стихотворение Леонида Корнилова «Приморский муромец» как экстремистское, о чем со ссылкой на информацию из Генпрокуратуры РФ сообщает новостная лента .
Данный текст без труда можно отыскать в Сети, он широко цитировался и цитируется как в блогах, так и некоторыми интернет-изданиями. Как поэтическое произведение «Приморский муромец» представляет собой бессвязный набор псевдопатриотических призывов типа «качнуть Москву» и сравнительно недорогую по качеству исполнения антисемитскую лексику. Специалисты, не пожалевшие времени на лингвистическое исследование «стихотворения» по просьбе прокуратуры Самарской области и областного управления ФСБ РФ, сочли, что оно носит экстремистский характер.
В число разносчиков экстремизма попали также анонимное стихотворение «Грозный царь Иоанн бил бояр-подлецов», анонимный автор которого предложил «вспомнить опыт» Ивана Грозного, Петра I и Иосифа Сталина, и песня Александра Харчикова «Жиды хлебушка не сеют».
Все перечисленные произведения включены в федеральный список экстремистских материалов и запрещены к распространению на территории Российской Федерации.
Облетали дворовые вязы,
длился проливня шепот бессвязный,
месяц плавал по лужам, рябя,
и созвездья сочились, как язвы,
августейший ландшафт серебря.
И в таком алматинском пейзаже
шел я к дому от кореша Саши,
бередя в юниорской душе
жажду быть не умнее, но старше,
и взрослее казаться уже.
Хоть и был я подростком, который
увлекался Кораном и Торой
(мама – Гуля, но папа – еврей),
я дружил со спиртной стеклотарой
и травой конопляных кровей.
В общем, шел я к себе торопливо,
потребляя чимкентское пиво,
тлел окурок, меж пальцев дрожа,
как внезапно – о, дивное диво! –
под ногами увидел ежа.
Семенивший к фонарному свету,
как он вляпался в непогодь эту,
из каких занесло палестин?
Ничего не осталось поэту,
как с собою его понести.
Ливни лили и парки редели,
но в субботу четвертой недели
мой иглавный, игливый мой друг
не на шутку в иглушечном теле
обнаружил летальный недуг.
Беспокойный, прекрасный и кроткий,
обитатель картонной коробки,
неподвижные лапки в траве –
кто мне скажет, зачем столь короткий
срок земной был отпущен тебе?
Хлеб не тронут, вода не испита,
то есть, песня последняя спета;
шелестит календарь, не дожит.
Такова неизбежная смета,
по которой и мне надлежит.
Ах ты, ежик, иголка к иголке,
не понять ни тебе, ни Ерболке
почему, непогоду трубя,
воздух сумерек, гулкий и колкий,
неживым обнаружил тебя.
Отчего, не ответит никто нам,
все мы – ежики в мире картонном,
электрическом и электронном,
краткосрочное племя ничьё.
Вопреки и Коранам, и Торам,
мы сгнием неглубоким по норам,
а не в небо уйдем, за которым,
нет в помине ни бога, ни чё…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.