Бездарность никогда не откажется от критической деятельности уже потому, что не сознает себя бездарностью
(Дмитрий Писарев)
Мейнстрим
17.01.2011
Наследники Сэлинджера своего не упустили
Наследники Джерома Дэвида Сэлинджера дали согласие на публикацию продолжения романа «Над пропастью во ржи»...
Наследники Джерома Дэвида Сэлинджера дали согласие на публикацию продолжения романа «Над пропастью во ржи» под названием «60 лет спустя: пробираясь сквозь рожь», сообщает новостная служба со ссылкой на информацию портала «Оpenspace» и британской «The Guardian». Данное разрешение распространяется на все страны, кроме США и Канады, где издание книги запрещено до истечения срока охраны авторских прав.
Автором данного сиквела является Фредрик Колтинг — американец шведского происхождения, откликающийся на псевдоним Джон Дэвид Калифорния. В его фантазиях Холден Колфилд снова пускается в бега — правда, на сей раз уже не из школы, а из дома престарелых — и отправляется в Нью-Йорк.
В мае 2009 года книга мистера Калифорнии была издана в Англии, после чего 90-летний Сэлинджер через суд потребовал запретить публикацию «банального и поверхностного плагиата», а происходящее охарактеризовал как «откровенный грабеж». Публикация книги была заморожена. После смерти классика паразитирующие на его творчестве наследники в январе 2010 года возобновили с мистером Колтингом переговоры, в ходе которых шведскому издателю разрешили продолжить публикацию с учетом наложенных судом географических ограничений, запрета упоминать в книге Холдена Колфилда (в сиквеле он стал «мистером К.»), а также прямо ссылаться на роман Сэлинджера и посвящать ему книгу (при этом он остается одним из персонажей романа).
Автор, решивший сделать себе имя на чужом произведении, утверждает, что его книгой заинтересовались издатели в шести странах, однако английские критики называют произведение Колтинга «безобидной чепухой».
Следует отметить, что это далеко не первый пример неуважительного отношения наследников к воле почивших писателей. Оно, в частности, проявилось в истории с публикацией в 2009 году последнего романа Владимира Набокова «Лаура и ее оригинал» — несмотря на то, что писатель завещал уничтожить рукопись данного произведения, его сын Дмитрий все же продал ее издателям, мотивируя свой поступок высокими этическими соображениями.
Неудачник. Поляк и истерик,
Он проводит бессонную ночь,
Долго бреется, пялится в телик
И насилует школьницу-дочь.
В ванной зеркало и отраженье:
Бледный, длинный, трясущийся, взяв
Дамский бабкин на вооруженье,
Собирается делать пиф-паф.
И - осечка случается в ванной.
А какое-то время спустя,
На артистку в Москву эта Анна
Приезжает учиться, дитя.
Сердцеед желторотый, сжимаю
В кулаке огнестрельный сюрприз.
Это символ? Я так понимаю?
Пять? Зарядов? Вы льстите мне, мисс!
А потом появляется Валя,
Через месяц, как Оля ушла.
А с течением времени Галя,
Обронив десять шпилек, пришла.
Расплевался с единственной Людой
И в кромешный шагнул коридор,
Громыхая пустою посудой.
И ушел, и иду до сих пор.
Много нервов и лунного света,
Вздора юного. Тошно мне, бес.
Любо-дорого в зрелые лета
Злиться, пить, не любить поэтесс.
Подбивает иной Мефистофель,
Озираясь на жизненный путь,
С табурета наглядный картофель
По-чапаевски властно смахнуть.
Где? Когда? Из каких подворотен?
На каком перекрестке любви
Сильным ветром задул страх Господен?
Вон она, твоя шляпа, лови!
У кого это самое больше,
Как бишь там, опереточный пан?
Ангел, Аня, исчадие Польши,
Веселит меня твой талисман.
Я родился в год смерти Лолиты,
И написано мне на роду
Раз в году воскрешать деловито
Наши шалости в адском саду.
"Тусклый огнь", шерстяные рейтузы,
Вечный страх, что без стука войдут...
Так и есть - заявляется Муза,
Эта старая блядь тут как тут.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.