Посвященная Иосифу Бродскому уникальная фотолетопись готовится к изданию в Фонтанном доме Анны Ахматовой в Петербурге...
Посвященная Иосифу Бродскому уникальная фотолетопись, в которую войдут ранее не публиковавшиеся документы и фотографии, готовится к изданию в Фонтанном доме Анны Ахматовой в Петербурге, сообщает информационная служба со ссылкой на «Российскую газету».
Ценные документы сотрудникам Фонтанного дома передала семья двоюродного брата Иосифа Александровича. Музей получил личные вещи поэта, его записные книжки, детские фотокарточки и документы, проливающие свет на неизвестные фрагменты его биографии. Полученные документы и вещи составят экспозицию в новом музее Бродского в Доме Мурузи, где поэт жил с 1955-го по 1972 год.
«Снимки, датированные 1940–1972 годами, составят основу издания, — рассказала главный хранитель музейных фондов Фонтанного дома Ирина Иванова. — Сохранившийся архив дает ответ и на вопрос о точном месте рождения Бродского».
Обычно биографы, ссылаясь на слова самого Бродского, утверждают, что поэт появился на свет в клинике профессора Тура на Выборгской стороне. «Парадокс в том, что клиники Тура никогда не существовало, — сказала Ирина Иванова. — Благодаря отцу поэта Александру Ивановичу и семье Руткис, бережно относившимся к документам, удалось установить: Иосиф Бродский появился на свет на Литовской улице, в доме номер № 2. Что же касается профессора Тура, то он действительно был известным педиатром и работал в клинике на Выборгской стороне с 1939-го по 1974 год, но больница никогда не носила его имени. Сейчас в этом доме находится Государственная педиатрическая академия. Выводы о месте рождения Бродского мы сделали, сопоставив биографию Тура и архивные бумаги, оказавшиеся в музее Ахматовой».
Сотрудники Фонтанного дома уточнили не только место рождения Бродского, но и еще некоторые детали его биографии. Так, среди бумаг матери поэта Марии Моисеевны обнаружилась справка об эвакуации, согласно которой маленький Иосиф уехал с мамой из блокадного Ленинграда не в апреле 1942 года, как считалось ранее, а в декабре 1941-го.
Долетит мой ковёр-самолёт
из заморских краев корабельных,
и отечества зад наперёд —
как накатит, аж слёзы на бельмах.
И, с таможней разделавшись враз,
рядом с девицей встану красавой:
— Всё как в песне сложилось у нас.
Песне Галича. Помнишь? Той самой.
Мать-Россия, кукушка, ку-ку!
Я очищен твоим снегопадом.
Шапки нету, но ключ по замку.
Вызывайте нарколога на дом!
Уж меня хоронили дружки,
но известно крещёному люду,
что игольные ушки узки,
а зоилу трудней, чем верблюду.
На-кась выкуси, всякая гнусь!
Я обветренным дядей бывалым
как ни в чём не бывало вернусь
и пройдусь по знакомым бульварам.
Вот Охотный бахвалится ряд,
вот скрипит и косится Каретный,
и не верит слезам, говорят,
ни на грош этот город конкретный.
Тот и царь, чьи коровы тучней.
Что сказать? Стало больше престижу.
Как бы этак назвать поточней,
но не грубо? — А так: НЕНАВИЖУ
загулявшее это хамьё,
эту псарню под вывеской «Ройял».
Так устроено сердце моё,
и не я моё сердце устроил.
Но ништо, проживём и при них,
как при Лёне, при Мише, при Грише.
И порукою — этот вот стих,
только что продиктованный свыше.
И ещё. Как наследный москвич
(гол мой зад, но античен мой перед),
клевету отвергаю: опричь
слёз она ничему и не верит.
Вот моя расписная слеза.
Это, знаешь, как зёрнышко риса.
Кто я был? Корабельная крыса.
Я вернулся. Прости меня за...
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Посвященная Иосифу Бродскому уникальная фотолетопись, в которую войдут ранее не публиковавшиеся документы и фотографии, готовится к изданию в Фонтанном доме Анны Ахматовой в Петербурге, сообщает информационная служба со ссылкой на «Российскую газету». 
