С точки невозврата открывается великолепный вид (Мойст фон Липвиг)
(Терри Пратчетт)
Мейнстрим
15.04.2011
Хаксли попал в нехороший рейтинг
Антиутопия Олдоса Хаксли «О дивный новый мир» угодила в «рейтинг ненависти»...
Антиутопия Олдоса Хаксли «О дивный новый мир» угодила в десятку книг Американской библиотечной ассоциации (ALA), которые больше всего хотят запретить в США, сообщает со ссылкой на лондонскую «The Guardian» новостная лента портала . Современных читателей Хаксли, тронутых налетом ложной политкорректности и псевдотолерантности, не устраивают «расизм», «излишне откровенные» сцены и «оскорбительные выражения», которыми изобилует его книга о Лондоне будущего, где людей выращивают на человекофабриках.
Если роман мистера Хаксли занял третью строчку рейтинга ALA, то первое вновь досталось книге «С Танго их трое» Питера Парнелла и Джастина Ричардсона, основанной на реальной истории пары императорских пингвинов из Нью-Йоркского зоопарка, воспитавших птенца в отсутствие матери. Роман о нетрадиционной пингвиньей семье обвиняют в пропаганде гомосексуализма и считают неприемлемым для читателей младшего возраста. На втором месте оказался «Абсолютно правдивый дневник индейца по совместительству» Шермана Алекси, критикуемый за «пропаганду расизма и насилия», «непристойности» и «сквернословия». Замыкает десятку культовый образец вампирской романтики от Стефани Майер под названием «Сумерки».
«Рейтинг ненависти» ежегодно составляется по результатам поданных в библиотеки и школы США заявлений с требованием запретить ту или иную книгу. Применительно к сезону 2010 года он выглядит следующим образом:
1. Питер Парнелл, Джастин Ричардсон. С Танго их трое (Peter Parnell, Justin Richardson. And Tango Makes Three);
2. Шерман Алекси. Абсолютно правдивый дневник индейца по совместительству (Sherman Alexie. The Absolutely True Diary of a Part-Time Indian);
3. Олдос Хаксли. О дивный новый мир (Aldous Huxley. Brave New World);
Не забухал, а первый раз напился
и загулял —
под «Скорпионз» к ее щеке склонился,
поцеловал.
Чего я ждал? Пощечины с размаху
да по виску,
и на ее плечо, как бы на плаху,
поклал башку.
Но понял вдруг, трезвея, цепенея:
жизнь вообще
и в частности, она меня умнее.
А что еще?
А то еще, что, вопреки злословью,
она проста.
И если, пьян, с последнею любовью
к щеке уста
прижал и все, и взял рукою руку,
она поймет.
И, предвкушая вечную разлуку,
не оттолкнет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.