Самое приятное в мореплавании — близость берега, а в сухопутном хождении — близость моря
(Плутарх)
Книгосфера
01.07.2008
Биография Грасса выходит на русском
Автобиография знаменитого немецкого романиста и нобелевского лауреата Гюнтера Грасса «Луковица памяти» выходит на русском языке…
Автобиография знаменитого немецкого романиста и нобелевского лауреата Гюнтера Грасса «Луковица памяти» выходит на русском языке и появится на прилавках книжных магазинов уже в конце июля, сообщает ИТАР-ТАСС. Книга была издана в Германии в 2006 году и вызвала в просвещенной Европе форменный скандал, поскольку писатель решил рассказать в ней о не известных ранее страницах своей биографии — данцигском детстве и, главное, последних неделях войны, в которой будущий литератор участвовал как солдат-доброволец 10-й танковой дивизии СС «Фрундсберг», воевавшей до февраля 1945 года на Восточном фронте.
Как водится, все чистоплюи и ханжи мира, подобно мухам, слетелись на добычу и обвинили Грасса в том, что его признание запоздало на шестьдесят с лишним лет, на что получили вполне достойный ответ: «Мое молчание все эти годы является причиной написания книги. Я, в конце концов, должен был избавиться от этого пятна».
Гюнтер Грасс пошел на фронт добровольцем — мечтал «попасть на подводные лодки, что было, однако, такой же сумасшедшей идеей… Туда уже никого не брали, СС же в последние месяцы войны брало всех — и молодых рекрутов, и пожилых людей», — рассказал мэтр немецкой и мировой литературы, отметив, что за время службы не сделал ни одного выстрела. По его словам, он был человеком своего поколения, очень многие представители которого «с воодушевлением и одобрением» воспринимали происходившее в те годы в Германии. Только в ходе Нюрнбергского процесса он поверил в преступления нацизма, считая ранее утверждения на этот счет «пропагандой» союзников.
Книга охватывает период с 1 сентября 1939-го до 1959 года, когда вышел в свет самый знаменитый роман писателя «Жестяной барабан». В своем произведении Грасс рассказывает о нацистском режиме, плене, трудностях первых послевоенных лет и мучительном процессе внутреннего очищения и искупающего вину творчества.
В России первые четыре главы книги были опубликованы в марте журналом «Иностранная литература». Незадолго до выхода книги в Германии Гюнтер Грасс дал интервью, в котором приоткрыл завесу тайны. Он сказал, что в 17-летнем возрасте был призван в танковую дивизию СС и служил в Дрездене. Раньше было известно лишь, что Грасс служил солдатом, получил ранение и был взят в плен американцами. История с признанием Грасса является весьма показательной для настроений, царящих в современной Европе, «лучшие» представители которой дружно норовят заплевать все, что хоть в чем-то не соответствует светлым демократическим идеалам. Не так давно европейская писательская братия травила писателя Петера Хандке только за то, что он осмелился принять участие в похоронах сербского президента Слободана Милошевича.
Облетали дворовые вязы,
длился проливня шепот бессвязный,
месяц плавал по лужам, рябя,
и созвездья сочились, как язвы,
августейший ландшафт серебря.
И в таком алматинском пейзаже
шел я к дому от кореша Саши,
бередя в юниорской душе
жажду быть не умнее, но старше,
и взрослее казаться уже.
Хоть и был я подростком, который
увлекался Кораном и Торой
(мама – Гуля, но папа – еврей),
я дружил со спиртной стеклотарой
и травой конопляных кровей.
В общем, шел я к себе торопливо,
потребляя чимкентское пиво,
тлел окурок, меж пальцев дрожа,
как внезапно – о, дивное диво! –
под ногами увидел ежа.
Семенивший к фонарному свету,
как он вляпался в непогодь эту,
из каких занесло палестин?
Ничего не осталось поэту,
как с собою его понести.
Ливни лили и парки редели,
но в субботу четвертой недели
мой иглавный, игливый мой друг
не на шутку в иглушечном теле
обнаружил летальный недуг.
Беспокойный, прекрасный и кроткий,
обитатель картонной коробки,
неподвижные лапки в траве –
кто мне скажет, зачем столь короткий
срок земной был отпущен тебе?
Хлеб не тронут, вода не испита,
то есть, песня последняя спета;
шелестит календарь, не дожит.
Такова неизбежная смета,
по которой и мне надлежит.
Ах ты, ежик, иголка к иголке,
не понять ни тебе, ни Ерболке
почему, непогоду трубя,
воздух сумерек, гулкий и колкий,
неживым обнаружил тебя.
Отчего, не ответит никто нам,
все мы – ежики в мире картонном,
электрическом и электронном,
краткосрочное племя ничьё.
Вопреки и Коранам, и Торам,
мы сгнием неглубоким по норам,
а не в небо уйдем, за которым,
нет в помине ни бога, ни чё…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.