Когда на свет появляется истинный гений, то узнать его можно хотя бы потому, что все тупоголовые объединяются в борьбе против него
(Джонатан Свифт)
Книгосфера
01.07.2008
Биография Грасса выходит на русском
Автобиография знаменитого немецкого романиста и нобелевского лауреата Гюнтера Грасса «Луковица памяти» выходит на русском языке…
Автобиография знаменитого немецкого романиста и нобелевского лауреата Гюнтера Грасса «Луковица памяти» выходит на русском языке и появится на прилавках книжных магазинов уже в конце июля, сообщает ИТАР-ТАСС. Книга была издана в Германии в 2006 году и вызвала в просвещенной Европе форменный скандал, поскольку писатель решил рассказать в ней о не известных ранее страницах своей биографии — данцигском детстве и, главное, последних неделях войны, в которой будущий литератор участвовал как солдат-доброволец 10-й танковой дивизии СС «Фрундсберг», воевавшей до февраля 1945 года на Восточном фронте.
Как водится, все чистоплюи и ханжи мира, подобно мухам, слетелись на добычу и обвинили Грасса в том, что его признание запоздало на шестьдесят с лишним лет, на что получили вполне достойный ответ: «Мое молчание все эти годы является причиной написания книги. Я, в конце концов, должен был избавиться от этого пятна».
Гюнтер Грасс пошел на фронт добровольцем — мечтал «попасть на подводные лодки, что было, однако, такой же сумасшедшей идеей… Туда уже никого не брали, СС же в последние месяцы войны брало всех — и молодых рекрутов, и пожилых людей», — рассказал мэтр немецкой и мировой литературы, отметив, что за время службы не сделал ни одного выстрела. По его словам, он был человеком своего поколения, очень многие представители которого «с воодушевлением и одобрением» воспринимали происходившее в те годы в Германии. Только в ходе Нюрнбергского процесса он поверил в преступления нацизма, считая ранее утверждения на этот счет «пропагандой» союзников.
Книга охватывает период с 1 сентября 1939-го до 1959 года, когда вышел в свет самый знаменитый роман писателя «Жестяной барабан». В своем произведении Грасс рассказывает о нацистском режиме, плене, трудностях первых послевоенных лет и мучительном процессе внутреннего очищения и искупающего вину творчества.
В России первые четыре главы книги были опубликованы в марте журналом «Иностранная литература». Незадолго до выхода книги в Германии Гюнтер Грасс дал интервью, в котором приоткрыл завесу тайны. Он сказал, что в 17-летнем возрасте был призван в танковую дивизию СС и служил в Дрездене. Раньше было известно лишь, что Грасс служил солдатом, получил ранение и был взят в плен американцами. История с признанием Грасса является весьма показательной для настроений, царящих в современной Европе, «лучшие» представители которой дружно норовят заплевать все, что хоть в чем-то не соответствует светлым демократическим идеалам. Не так давно европейская писательская братия травила писателя Петера Хандке только за то, что он осмелился принять участие в похоронах сербского президента Слободана Милошевича.
Лукоморья больше нет, от дубов простыл и след.
Дуб годится на паркет, — так ведь нет:
Выходили из избы здоровенные жлобы,
Порубили те дубы на гробы.
Распрекрасно жить в домах на куриных на ногах,
Но явился всем на страх вертопрах!
Добрый молодец он был, ратный подвиг совершил —
Бабку-ведьму подпоил, дом спалил!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Здесь и вправду ходит кот, как направо — так поет,
Как налево — так загнет анекдот,
Но ученый сукин сын — цепь златую снес в торгсин,
И на выручку один — в магазин.
Как-то раз за божий дар получил он гонорар:
В Лукоморье перегар — на гектар.
Но хватил его удар. Чтоб избегнуть божьих кар,
Кот диктует про татар мемуар.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Тридцать три богатыря порешили, что зазря
Берегли они царя и моря.
Каждый взял себе надел, кур завел и там сидел
Охраняя свой удел не у дел.
Ободрав зеленый дуб, дядька ихний сделал сруб,
С окружающими туп стал и груб.
И ругался день-деньской бывший дядька их морской,
Хоть имел участок свой под Москвой.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
А русалка — вот дела! — честь недолго берегла
И однажды, как смогла, родила.
Тридцать три же мужика — не желают знать сынка:
Пусть считается пока сын полка.
Как-то раз один колдун - врун, болтун и хохотун, —
Предложил ей, как знаток бабских струн:
Мол, русалка, все пойму и с дитем тебя возьму.
И пошла она к нему, как в тюрьму.
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Бородатый Черномор, лукоморский первый вор —
Он давно Людмилу спер, ох, хитер!
Ловко пользуется, тать тем, что может он летать:
Зазеваешься — он хвать — и тикать!
А коверный самолет сдан в музей в запрошлый год —
Любознательный народ так и прет!
И без опаски старый хрыч баб ворует, хнычь не хнычь.
Ох, скорей ему накличь паралич!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
Нету мочи, нету сил, — Леший как-то недопил,
Лешачиху свою бил и вопил:
– Дай рубля, прибью а то, я добытчик али кто?!
А не дашь — тогда пропью долото!
– Я ли ягод не носил? — снова Леший голосил.
– А коры по сколько кил приносил?
Надрывался издаля, все твоей забавы для,
Ты ж жалеешь мне рубля, ах ты тля!
Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка —
Сказка впереди.
И невиданных зверей, дичи всякой — нету ей.
Понаехало за ней егерей.
Так что, значит, не секрет: Лукоморья больше нет.
Все, о чем писал поэт, — это бред.
Ну-ка, расступись, тоска,
Душу мне не рань.
Раз уж это присказка —
Значит, дело дрянь.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.