Поэтический турнир


Текущие бонусы в кнопках






Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
25 июня 2018 г.

В ярком оперении всегда нуждается серость

(Бенедикт Спиноза)

Наши именинники


Обзоры

17.10.2013

Внимание! Говорит и показывает «РешTV»... Выпуск — сентябрь 2013

В эфире научно-развлекательный тележурнал «Больше слов»...

Комментарии к летнему Обзору:

Вот это обзорище! Вот это титанический труд! (pesnya)
Обзоры прекрасны тем, что можно увидеть те стихи, которые по любым причинам были пропущены (Volcha)
Я что-то вся такая проникшаяся... (Katrin)
Мне больше нравилось с Муравьем и Стрекозой. И с голосованием. Такая вот я не как все... (tamika25)
Конечно, я бы поспорила, но не буду, потому что спорить с автором глупо (ole)
 
                              Встреча                              
 
Обозреватель: Здравствуйте, многоуважаемая публика! Доброго вам времени суток, Дамы и Господа! И вновь, после довольно продолжительного перерыва, говорит и показывает телеканал «РешTV». В студии — ваш покорный слуга, бессменный ведущий программы «Больше слов» —Володя. А также мои соведущие, любимцы, как показывает жизнь, всех, без исключения, авторов и телечитателей, непревзойденные профессионалы в своем деле, редчайшие эксперты мировой и отечественной сетературы —Стрекоза Музовна Вдохновенная и Муравей Муравьедович Скептиков. Здравствуйте, Стрекоза Музовна! Приветствую вас, Муравей Муравьедович!
 
                              Стрекоза и Муравей
 
Стрекоза: Здравствуйте, Володя. Здравствуйте, уважаемые авторы. Привет, коллега.
 
Муравей: Всем привет!
 
Обозреватель: Как ваше «ничего», господа эксперты?
 
Стрекоза: Мое «ничего» — очень даже ничего! Только вот никак не привыкну к мысли, что лето прошло. И зябко как-то. У вас тоже еще в студии отопление не дали, да Володя? А в остальном — ничего, терпимо.
 
Муравей: Ну, не все же стрекозе — лето красное. Лично я люблю осень. Поработал, как следует, пока тепло было, а сейчас можно и плоды труда собирать. Да и передохнуть немного.
 
Обозреватель: Что верно, то верно, Муравей Муравьедович! Каждому свое, видимо?! А отопление, Стрекоза Музовна, дадут еще, куда ж оне денутся?! Еще и поднадоесть успеет. Ну что, начнем потихоньку, вы как, готовы?
 
Стрекоза: Да, давайте уже начинать. А то я совсем продрогла. Хоть хорошими стихами согреюсь... А тепла, Володя — много не бывает!
 
Муравей: Поехали! Чего понапрасну без дела сидеть, из пустого в порожнее переливать?!
 
Обозреватель: Ну, начинать, так начинать... По сложившейся доброй традиции, у нас в студии сегодня, как и всегда, присутствуют авторы всех произведений, опубликованных на Решетории в обозреваемом месяце и представленных на суд нашим многоуважаемым телечитателям и экспертам. И первым на эту сцену я приглашаю Владимира Монахова (vvm) со стихотворением «Трельяж»:
 
                              Зеркала
 
                              1.
                              Когда я долго не подхожу
                              к зеркалу, то чувствую, как оно
                              начинает злиться, переполняясь
                              негодованием, а только увидит,
                              то норовит изуродовать отражение...
 
                              2.
                              — Ты бы завел себе подружку! 
                              посоветовало как-то зеркало. 
                              А то мне осточертело видеть
                              только тебя. Может, подружка
                              останется с тобой жить и вы
                              заведете детишек, которые станут
                              по утрам показывать мне розовые
                              языки. И я буду знать, как они себя
                              чувствуют.
 
                              3.
                              Эй, куда ты пропал?!
                              Почему меня занавесили
                              черным платком? Вернись,
                              я всё отражу!
 
Стрекоза: Такая поэзия вне любой конкуренции. Это очень высоко! Благодарю, что поделились с нами.
 
Автор: Вы меня просто сегодня балуете похвалой, я как-то себя по жизни таковым не ощущаю... Но хорошо, что нашлись хорошие читатели! Это здорово...
 
Стрекоза: Вас не избалуешь, слишком скромны.
 
Автор: Стрекоза, вы просто не читали, что обо мне пишут нелюбители моих стихов... Их больше, чем любителей...
 
Стрекоза: Активные нелюбители — авторы рекламы ваших стихов.
 
Муравей: Я люблю читать ваши стихи. Восхищаюсь, как всегда. А нелюбители... их тоже должно быть. Значит, вы состоялись как поэт.
 
Обозреватель: Ваша правда, Муравей Муравьедович! Но никогда нельзя останавливаться на достигнутом. Нужно идти дальше. Спасибо, Владимир, что нас навестили, спасибо за ваши стихи. А у нас в гостях PerGYNT со стихотворением «Когда я умирал»:
 
                              Я умирал
 
                              Первый раз умирал
                              в родовом имении
                              на крахмальной постели.
                              Вокруг
                              собралось благодарных потомков
                              не менее
                              двух десятков
                              включая слуг
 
                              Сквозь дыхание
                              Чейна-Стокса,
                              уже зная вот-вот умру,
                              тихим стоном, чуть слышным голосом,
                              словно стынущем на ветру,
                              я разваливающимся колоссом
                              призывал забыть нелады
                              между теми, кого мои бонусы
                              тянут пуще черной дыры.
                              Вечерело.
                              Трещали лбы
                              разодравшихся в очереди мне к одру
                              поднести свой стакан воды
 
                              Но Она вошла, посмотрела
                              Взяв за душу, вела к Нему
                              И душа покидала тело
                              как помилованный тюрьму
 
                              Второй раз
                              умирал с перепоя,
                              в грязь канавы смытый дождем
                              То гиеной, то волком воя,
                              извиваясь ужом
                              Я не помню,
                              но было больно
                              понемногу в разных местах
                              И в крови растворялась соль, но,
                              от подлунного мира устав,
                              также честно, светло и свободно
                              в те ворота к Нему вошел,
                              оставляя в грязи сумасброда,
                              ощетинившегося ершом
 
                              ***
                              А здесь уже нет
                              ни позора, ни славы
                              и нет ни имения
                              и ни канавы
                              Мой друг, не сравнить мне
                              что там, а что тут
                              Узнаешь, когда
                              за тобою придут
 
Стрекоза: Вот, Павел, вижу ваше серьезное лицо. Имею в виду отсутствие обычной для ваших стихов иронии. Неплохо!
 
Автор: Стрекоза, вот штоб показать серьезное лицо, надо, видимо, пару раз виртуально умереть. От вас читать сие особо лестно. Спасибо.
 
Стрекоза: Особенно серьезным оно покажется, когда на второй раз вместо просьб о виртуальном воскрешении раздадутся виртуальные соболезнования.
 
Автор: Нет, Стрекозка, далее как в том анекдоте — померла, так померла!
 
Муравей: Понравилось до звездочек — хорошо звучит, интересно складывается. После звездочек какой-то «капитан очевидность» пошел — не новая форма для мильон раз сказанного, я бы это вырезал нещадно...
 
Автор: Муравей, я сам сомневался в необходимости того, что после звездочек... Колебался... Хотел delete... Но перевесил первоначальный вариант. Потому что незаконченность была налицо. Впрочем, кому кажется out of stream, допускается не читать.
 
Обозреватель: Допускается читать, допускается не читать... Это и есть свобода выбора, по-моему. Спасибо вам, Павел, что зашли на огонек. Я же приглашаю следующего гостя нашей программы — white-snow со стихотворением «Поговори со мной»:
 
                              Поговори со мной
 
                              поговори со мной, Тань.
                              глаза темно-сине-бездонные
                              тихонько присев на диван
                              сообщает «новости года»
 
                              я в пол оборота. спиной.
                              не вижу, мне это не нужно
                              «тебе, мам, пора на покой.
                              и ночь за окном уже кружит»
 
                              вздохнула, грустинка в слезе,
                              безропотно: «ладно, пойду я.
                              мой сон уже там, на звезде
                              на ней я сегодня ночую»
 
                              не плачь, Тань, не надо. не жди
                              летаю в пуху облаков
                              метель, не видно ни зги
                              но мне так нужна пара слов
 
                              люблю тебя, мам. как ты там?
                              зайду к тебе в гости, встретишь?
                              расставлено все по местам
                              «но я тебя жду, конечно»
 
Муравей: Не хочу ничего говорить. Это очень честное стихотворение.
 
Стрекоза: Я тоже не стану ничего говорить от себя. Это больно. Только процитирую стихотворение ole. Точнее, чем эти слова, ничто не передаст мои чувства. С вашего разрешения:
 
                              в тот час, когда я родилась,
                              была весна и мама молодая.
                              и я, еще не человек, орала всласть,
                              свое пространство жизни раздвигая.
                              с тех пор прошло, промчалось, проползло
                              немало весен, осеней и лет.
                              я не ору провозглашенных слов,
                              и мамы больше нет.
                              она умела жить и вышивать,
                              сочувствовать и плакать о влюбленных.
                              а я умею шить и выживать,
                              молчать и не рыдать от похоронок.
 
Обозреватель: Спасибо вам, Таня, за вашу искренность с нами, редко это сейчас. Пожалуйте в зал. А мы тем временем продолжим. Прошу подняться на эту сцену Katrin, которая предлагает нашему вниманию свой «Поезд в прошлое»:
 
                              Вокзал
 
                              До вокзала билеты да пара дней.
                              И один, но клетчатый, чемодан.
                              Из вагона в город, где сон плотней,
                              где нежнее руки, где воздух рван
                              на полоски месяцев «от и до»,
                              на один февральский, колючий год
                              с холодящим ужасом: «Как ты, мам?»
                              под чужие вздохи, что «все пройдет».
                              Где на книжных полках живет душа
                              той девчонки, пробующей на вкус
                              и на запах Драйзера и Дюма,
                              и еще поэта, который вслух
                              был прочитан полностью, много раз…
 
                              Ты меня туда окунул, как в сон...
                              Я взяла билеты. Москва… перрон…
                              расстоянье… память… зима…
                              вагон…
 
                              и пешком до места…: «ну как ты, пап…
                              извини, что долго, зато одна.
                              Я одна хотела. Ты знаешь, пап,
                              здесь все так же холодно… без тебя…»
 
                              А потом домой, под уютный плед,
                              и до ночи с бабушкой про войну.
                              А с рассветом жаворонок, мой дед,
                              скажет: «Спи, а я тебя обниму…»
 
Муравей: Можно я ничего не буду говорить?.. Опять. Разве что... это и есть — настоящее!
 
Автор: Можно, конечно... Даже опять — можно. Спасибо за все.
 
Стрекоза: «Той девчонки, пробующей на вкус / и на запах Драйзера и Дюма» Да... забытый запах, смененный на незапах электронной библиотеки... Вот давно я от стихов не плакала. Держалась 23 строки, а потом «жаворонок-дед» сделал свое дело. Но светло очень. Дякую.
 
Автор: Я до сих пор не прочла ни одной книги в электронном виде. Не могу. А тот запах, из детства, не сравним ни с чем. Современные книги все равно пахнут по-другому... Спасибо.
 
Обозреватель: Вам спасибо, Катрин, за честность, за откровенность, за стихи ваши. Проходите, пожалуйста, в зал, присаживайтесь. А я приглашаю следующего автора. Встречайте — OsedlavMechtu. «Носильщик и облако»:
 
                              Облака
 
                              «Поговори со мной, поговори со мной…» 
                              бормотал он облаку. Облако было белым, как пудинг рисовый.
                              Солнце было холодно и рассеяно, словно дым.
                              Воздух 
                              Ледяным.
 
                              Все прошло. Прошла легкость, прошла заря.
                              И перрон тянулся к завершению октября.
                              «Все не зря, шептал носильщик облаку, все не зря».
 
                              Люди обрывались в город, из поезда выходили,
                              люди погружались в город, как в речку старые крокодилы 
                              погружались медленно, величаво.
                              И хотелось забыться, согреться хоть чем-нибудь.
                              Хоть бы чаем.
 
                              «Целых восемь путей, думает, а свой преотвратный дан:
                              сквозь туман тащишь чей-нибудь чемодан,
                              чьи-то камушки с юга, облепиху, грибы, мимозы,
                              и душистое мыло, и парфюм, цветущий на коже не хуже розы,
                              у меня же случайный дом и сквозь крышу слезы,
                              и жена, застывшая обреченная
                              со зрачками черными.
 
                              Он идет, а с ним рядом идут попутчики.
                              «Облако!» зовет он.
                              Облако обглодали тучи.
                              «Как же все приземлено, говорит носильщик, и как все грубо.
                              Облако, ты обрубок».
                              Солнце разливается, ржавое, темное, словно йод.
                              «Милые пол-облака, говорит носильщик, ничего, пол-облака.
                              Все пройдет».
 
Стрекоза: Интересное, медленное, тягучее. Видать облака осенние.
 
Автор: Затянутое небо Пушкинских мест подействовало.
 
Муравей: Противопоставление на грани издевательства над сентиментальностью, конечно. Из серии «гжель и тракторист», «матрос в Большом театре». Опасно. Но финал вышел пронзительный, «солнце-йод» и «пол-облака» побеждают!
 
Автор: Это идея! В задумке теперь у меня еще будут «швея и акварель», «князь и грядка морковки» и «поэт клеет плинтус».
 
Муравей: Поэт именно клеет плинтус с прогнозируемым результатом и не прогнозируемым текстом. Если кто-то именно клеит плинтус — это точно не поэт. Мандельштам, по Одоевцевой, не мог сам даже печку топить, чтоб согреться...
 
Автор: Мандельштам, по Одоевцевой, еще и кашу чужую в голодные годы съедал и про аонид стихи писал, хотя и понятия не имел, что за зверь такой — аонид. А Маяковский запятые не ставил. А в музее Достоевского есть письмо последнего, которое начинается приветствием: «Дорогая маминька...». Мы работаем на контрастах; гардеробщица у нас должна говорить что-то вроде: «Распростерли тут длани свои на плинтуса, а господские облачения тем временем растворяются в мирской суете без остатка...».
 
Стрекоза: Нет, все-таки потрясающее стихо. Что-то в нем есть глубокое, нетривиальное.
 
Автор: Спасибо!
 
Обозреватель: И вам спасибо, Аня! Права Стрекоза Музовна, — глубокий стих, нетривиальный. Впрочем, как и большинство ваших стихотворений. Спасибо вам за них. А у нас в гостях Shimaim и ее новое произведение «Страна глухих»:
 
                              Море
 
                        — Приятно, наверное, всегда слышать море?
                        — Приятно? Приятно слышать, как дверь хлопает, а то всегда море, море. Скучно.
                                                                                                                                            («Страна глухих»)
 
                              друг,
                              со мной по-прежнему скверно —
                              до немоты.
                              а город постылым северным ветром
                              пронзен,
                              и тишины
                              в нем
                              по самое горло:
                              город продрог до скелета дорог…
                              и все герои вышли в запас.
                              море... в Стране глухих
                              только море. чайкам рассказывает
                              про нас.
                              попутного б парусу,
                              расплавлюсь на паузы,
                              на следующем ярусе —
                              конечный рывок.
                              а мне бы
                              удержаться за небо,
                              как вены вскрывая
                              чужие миры.
 
                              друг,
                              со мной по-прежнему...
 
Муравей: За этот текст я отдаю автору двухпудовую гирю и справочник по лоции и навигации.
 
Автор: Женщина в метро меня лягнула / Ну, пихаться — там, куда ни шло / Здесь же она явно перегнула / Палку и все дело перешло / В ранг ненужно-личных отношений / Я, естественно, в ответ лягнул / Но и тут же попросил прощенья — / Просто я как личность выше был (с)
 
Муравей: Как повезло женщине. Придется отдать и вторую гирю.
 
Автор: Балаганов, вы пошляк! Отойдите от меня с этим железом! Я вас презираю! (с)
 
Муравей: Пилите, Шимаим, пилите (с)
 
Автор: — Что такое! — сказал вдруг Балаганов, переставая работать, — Три часа уже пилю, а оно все еще не золотое (с)
 
Стрекоза: Ух, как от «скелета дорог» холодом повеяло. Хотя само сочетание «скелет дорог» вызывает вопросы, типа не говорят же «скелет костей»... А в целом — захватывающе.
 
Автор: Стрекоза! Ты стала вредной, Стрекоза! Я так не играю (с) Сплошные претензии. Я посыпаю голову пеплом.
 
Стрекоза: Ды-к, вкралась в доверие, теперь можно и в честность поиграть. Обычный прием. У mysha тоже есть одна «страна глухих». Сейчас покажу:
 
                              Страна глухих — отдельная страна,
                              как все от мира замкнутые страны.
                              И нечленораздельный звук гортанный
                              должна глушить берлинская стена,
                              невидимая из страны слепых,
                              непризнанная племенем безумцев.
                              Подай им силы всем, хоть пару унций,
                              пусть для начала в виде чаевых.
 
Автор: Ну умница, Мышкин. Ага. Спасибо, Стрекоза!
 
Обозреватель: Лара, прежде всего, конечно же, вам спасибо! Признаюсь по секрету — я обожаю ваши стихи-верлибры. Ну, а тем временем приглашаю под, так сказать, софиты дебютантку нашей программы — LarissaMaiber и ее «Монолог с отцом»:
 
                              Монолог
 
                              Сижу на лавочке
                              могильной кривенькой...
                              Ну, здравствуй, папочка...
                              Родной мой... миленький...
 
                              Сижу, ссутулившись,
                              скулю щенком...
                              Прости мне суетность,
                              далекий дом...
 
                              Вершить торопимся
                              дела великие...
                              А Богородица
                              хранит молитвами...
 
                              Кусочек праздника
                              душе б создать
                              и просто ласково
                              тебя обнять...
 
                              Пап, я соскучилась...
                              Гармошку вспомнила...
                              Небесным лучиком
                              погладь сквозь облако...
 
                              Оградку выкрашу
                              для красоты...
                              Прощенье выпросят
                              мои цветы...
 
Муравей: Что-то я призадумался, батю вспомнил...
 
Стрекоза: «Время грустных стихов, вермута и зонтов...» Да, пришла осень...
 
Обозреватель: Но не нужно грустить, еще столько всего впереди! А помнить — нужно. Спасибо, Ларисса, за то, что зашли к нам, спасибо за ваши стихи. Будем рады видеть вас и в следующих выпусках тележурнала «Больше слов» на канале «РешTV». А в студии — nata и ее «Верлибр»:
 
                              Верлибр
 
                              как назовешь лодку — так ей и плыть
                              чему не миновать, тому быть
                              я все шире распахиваю окно
                              он врет. я с ним заодно
                              но в минуты тоски — бывает, накатит —
                              и сжимают тиски, и кажется, стоп, хватит.
                              и тогда неудержимо хочется накатить
                              прокатиться с ветерком и запить забыть
                              но возвращаешься в желтые стены и снова сжимает грудь
                              и не уснуть.
                              когда так легко швыряются слова в лицо
                              а ты почти уже видела его отцом
                              и снова стараешься его оправдать
                              продолжаешь смеяться, продолжаешь врать
                              но не спрятаться от желтых стен
                              и тебя не осталось уже
                              совсем.
                              было, да теперь закатано в асфальте
                              ты делаешь тройное сальто
                              а твое сердце лежит где-то на разделительной полосе
 
                              ничего не случилось
 
                              просто твое чудо становится таким, как все
 
Стрекоза: Натали, очень понравилось! Энергетика у стиха есть. Живой он. А почему верлибр?
 
Муравей: Почему верлибр?
 
Обозреватель: Увы, Ната не расположена сегодня к беседе. Это ее право. Спасибо ей за то, что подарила нам прекрасное стихотворение. А я приглашаю на эту сцену следующего гостя программы. Встречайте — MashaNe с работой «Записки сумасшедшей»:
 
                              Записки сумасшедшей
 
36 августябрь 01 мир
 
Надо бы не маячить, и не бежать по кругу — надо. Я — в речке мячик. Глухонемому другу вытопить в сердце льдинку. Зелень сменить на медь, надо бы, под сурдинку, лет еще сорок тлеть. Не обходя препоны, вдрызг или в хлам, вразнос!
ты приходи, я дома... быстро привыкнет пес...
 
45 тихабрь 02 мир
 
Тихо. Бальзам Бальзака — Рижский вокзал, и шарфик на перелетных спицах чертова колеса. В гамме от зодиака, (все диаграммы нафик) выцвели дни и лица до седины свинца…
 
13 явраль 03 мир
 
Как преданности не родиться в срок, доношенной смешной розовощекой? На окнах лед дыхания — барокко. Всё — только вспышка, видимость, предлог: с кукушкою в часах считать мгновенья, с зимою пить чаи на брудершафт, связать судьбу, и белый, длинный шарф, и запастись малиновым вареньем...
 
72 фриволь 04 мир
 
Зрячесть лечится любовью, со слепого взятки гладки, грех неведенья земного — темнокрылые повадки воронья и доли совьей. Перепутав вдох со вздохом я с последнею любовью прорасту чертополохом...
 
76 всевраль 05
 
«он улетел, но обещал вернуться» — на мыле мыло. Мило ль на мели болтать ногами на краю земли? мечтать, молчать о росте контрибуций? а был ли мальчиком когда седой Конфуций?
Отстроить Трою трое бы смогли? И новый Карфаген тобой разрушен?
собрав в охапку речь, тоску и душу, болтать ногами на краю земли...
 
25 февраля мой мир
 
Дни провожать огнями. Утро — хорошим кофе. Я излечилась. В хламе мыслей, моих ли Ваших, но становилась старше. Ангел-хранитель — профи. Не разучилось сердце. Я заболела Вами. Будет весна. Я знаю.
 
Стрекоза: Так и хочется прокомментировать это стихотворение словами автора Helmi:
 
                              Ох, Маша, Маша, я читала. Помню.
                              Анамнез Ваш и женское безумье.
                              Ох, страшно обитать в любове-ломне,
                              башку снесет, и нечем будет думать.
 
Маш, нравится ваш язык, барокко льда, и еще много чего нравится. Образов дофигища, женское-преженское. Название — не очень — слишком в лоб. И все-таки календарь завершается выздоровлением. Красивое сошествие в собственный мир, а мне, кровожадно, хочется оставить ее там.
 
Автор: Спасибо, Стрекоза. Так ведь... ЛГ неизлечима, просветление — не более.
 
Муравей: Ну... люблю я, когда ты «бредишь». Очень поэтично выходит.
 
Автор: А еще я в рифму умею логистику выстраивать...
 
Обозреватель: Все, что бы вы ни сказали, Марина, всегда выходит очень поэтично. Муравей Муравьедович прав. Спасибо вам за эту поэтику слов. Будем рады видеть вас вновь и вновь. А в студии — завсегдатай нашей программы — Sarah. «Стих»:
 
                              Последний лист
 
                              Последний лист надеждами пришит,
                              Но здесь ветра целуют не по-братски.
                              Раскольников старушку сторожит,
                              Каренина от холода дрожит
                              На будущем вокзале Ленинградском.
                              А что же лист? Да так, обычный лист.
                              Падет к ногам и сгинет моментально,
                              Успев узнать, что пьяный гитарист
                              Всю ночь лабал мотив сентиментальный
                              О желтых листьях.
                              Дяденька в плаще
                              Наступит каблуком и юркнет в узкий
                              Промозглый двор. Он не поймет вообще,
                              Чем осень завораживает русских —
                              Не потому, что лирики в нем нет
                              И чудеса свой ход остановили.
                              Он просто грек, и видел, как рассвет
                              Торопится на запах бугенвиллий.
 
Стрекоза: Это да, кому березки с кленами, а кому бугенвиллии... Хороший стих, осенний такой...
 
Автор: Спасибо, Стрекозка!
 
Муравей: От занесла нелегкая бедолагу. Мне негров так жалко, они почему-то у нас одеваться не умеют, шарф намотают и думают — все на этом. Эка вы писать-то стали. Все, раз молодое поколение подросло, пора мне на покой.
 
Автор: Не стоит сдаваться так сразу. За комплимент спасибо.
 
Обозреватель: Вам спасибо, Наташа. А по мне так... я всегда зачитывался вашими стихами. Будем рады видеть вас снова, а пока проходите, пожалуйста, в зал, располагайтесь. Мы же продолжаем. У нас в гостях Kinokefal со стихотворением «Долго ль ворону коситься...»:
 
                              Ворон
 
                              Долго ль ворону коситься?
                              Долга ль ворона косица?
                              Черна ль ворона ресница?
                              Брат он мне или сестрица?
                              По Дунаеви зегзицей
                              Кычет милого домой:
                              Не ищи, не жди чего-то,
                              Брось погоню и охоту,
                              Дней безумная пехота
                              Прогрызет в душе пустоты,
                              Выдаст Правде с головой.
                              Не тянись, мой брат неспешный,
                              Собирайся, брат потешный,
                              На трамвае или пеший,
                              Гибким хортом, черствым лешим,
                              Приплывай с водою вешней,
                              Поклонись сухой травой.
 
Муравей: Класс, Игорь, просто — класс! Если бы еще «выдаст правду с головой», то вообще... Но я понимаю, что ты хотел сказать, так тоже хорошо!
 
Стрекоза: Нет, именно — правде, «кому-чему»...
 
Муравей: Ну... я, конечно, тоже проходил в школе падежи... Помню уже, возможно, не все из них, но дательный («кому-чему») почему-то запомнился особенно. «Дней безумная пехота / Прогрызет в душе пустоты, / Выдаст правду с головой» было бы интереснее, бо глагол «выдаст» меняет смысл на «предаст». Хоть это и банально, так как — устойчивое выражение. А «выдаст правде», ну выдаст и выдаст...
 
Автор: Спасибо, Муравей! Здесь «правда» — надличностная, трансперсональная сила. Во избежание недоразумений написал с заглавной буквы.
 
Стрекоза: Без заигрывания, языкое и говорящее. Как понравилось, представить себе не можешь. Даже сразу начало перевелось. Круто.
 
                              Kodvango varoile kaččuo viäräh?
                              Pitkängo varoin kassan miärän?
                              Mustugo varoin ripsi silmil?
                              Velligo on vai sisär ilmal?
 
Автор: Что сестра с воздухом?.. Не переведу...
 
Стрекоза: «Muailma» это — мир. Mua — земля. Земля ilma воздух. То есть — воздух Земли. Мне попробовалось перенести брата и сестру в понятие «существовать вообще», в надмирность. Немного притянуто за уши рифмы ради (у тебя в тексте этого нет), но приобретаецца некий философский смысел.
 
Автор: Ура! У мну теперь есть переводы. Спасибо, Стрекоза!
 
Обозреватель: Да, эксперты у нас — образованны и талантливы. Впрочем, как и авторы. Спасибо, Игорь, за прекрасный стих. Непременно заглядывайте к нам и на записи следующих программ. Будем очень рады вам. А сейчас я приглашаю на эту сцену автора SukinKot, который прочтет нам свое новое стихотворение «Все-таки эти кошки...»:
 
                              Кошки
 
                              Все-таки эти кошки странные существа.
                              То зашипит, то фыркнет, но никогда не гавкнет.
                              Хвост над собой поднимет — белый пушистый флаг
                              И поплывет на кухню, наглая, хуже шавки.
 
                              Ржавый остов машины. Свалка среди берез.
                              Что не идет хозяин? Где его кошки носят?
                              В чаще осипло воет ветер, как старый пес.
                              Может, увижу скоро первую в жизни осень.
 
                              Нет, не вернется, знаю. Не позовет к себе.
                              То ли неверный прикус, то ли я мелок ростом…
                              Нервной растущей тенью черный хромой кобель.
                              Кажется, я здесь лишний. Надо бежать, но поздно.
 
                              Я б заскулить, прогнуться и повалиться мог,
                              Только стою, взъерошен, даже рычу, хоть глупо.
                              Что ты вцепился, падаль? Я же еще щенок.
                              Что, получил? Запомни: и у меня есть зубы.
 
                              После вчерашней крысы голодно, просто жуть.
                              Серые все по норам, значит, еды не будет.
                              Под жигуленком ржавым раны свои лижу.
                              Что же идете мимо? Я бы служил вам, люди.
 
                              Мог бы вести по следу или пугать воров,
                              Стадо пасти, а надо — нарты тянул бы хантам.
                              Там за кривым оврагом стая бродячих псов,
                              Чтобы прожить придется к ним записаться в банду.
 
                              Но не хочу в бродяги. Лучше вот так сидеть.
                              Слушать, как стонет ветер. Ждать без надежды друга.
                              Если не нужен людям, пусть забирает смерть.
                              Смерть не старуха в белом, а ледяная сука.
 
                              Знаю ее дыханье, чувствую и теперь.
                              Вдруг просыпаюсь. Громко книга упала на пол.
                              Эти шаги знакомы. Вот заскрипела дверь.
                              «Что ты во сне, дружище, снова ворчал и тявкал?»
 
                              С улицы запах снега. Миска, ковер, торшер.
                              Все хорошо, но что-то ноет как будто рана.
                              Слышно, как кто-то робко сверлит на этаже.
                              Кошка вернулась с кухни, смотрит с угла дивана.
 
                              Вымахал за полгода. Минули те семь бед.
                              Все меня любят, даже с кошкой сумел я спеться.
                              Жизнь у хозяев новых, в новой теперь семье.
                              Все им отдам бездумно: лапы, клыки и сердце.
 
                              Вот и закрыта фортка. Правильно, не апрель.
                              Кошка, зевнув, свернулась, песню мурлычет нежно.
                              Где-то в глухом овраге мерзнет хромой кобель,
                              Где-то перед экраном дремлет хозяин прежний.
 
Стрекоза: Столько технических вопросов... Например: «Что ж не идет хозяин? Где ж его кошки носят?», «В чаще воет осипло ветер» и т.д. Но ничто это не важно! Ибо легко поправимо. Где ты эти темы берешь, Серёж? Знаю где, конечно. Наблюдать жизнь, не циклясь на себе — поэзия. «Птичье» — не о птицах. «Кошачье» — не о кошках... Пасиб!
 
Автор: Да у меня самого было не меньше технических вопросов к себе. Я долго ковырялся. «Ж» были, но я их убрал, ибо слишком уж их много выходило. А по смыслу можно ж без них. Я не люблю повторы в стихах, если они случайны, а не вставлены специально для звучания. Меня и сейчас раздражает, что много раз повторяются некоторые слова, типа кошка, но замены я не нашел. Мурка, киска, и тому подобные кошачьи названия не подходят. «Осипло» перед чащей поставлено преднамеренно, мне здесь послышался намек на осины. Знаешь, те две темы, которые ты назвал, я не искал, они сами меня нашли. Бывает, что автор ищет, а бывает (как там у поэта?) тема сама приходит к калеке и говорит, мол, пиши. Спасибо тебе!
 
Стрекоза: И еще, знаешь, мне кажется, что не думает он о прежнем хозяине. Может, снится что-то, но не думает, не сравнивает. Сердце, клыки и лапы — все нынешнему, настоящему. Хочу прочитать тебе стих Bastet на похожую тему:
 
                              Что видит автор.
 
                              Квадратик подъезда бедою обжит.
                              На рваном пакете собака лежит
                              с глазами две капли застывшей смолы,
                              хвостом не виляет несущим дары,
                              из рук не хватает, из миски не пьет,
                              хозяина ждет, а он все не идет.
 
                              Что думает собака.
 
                              Когда же им, всем, причитать надоест,
                              какой-то попался, мне, странный подъезд,
                              всё ходят и ходят, и смотрят в глаза,
                              я их понимаю, но как им сказать:
                              — Такое бывало, мне ждать не впервой,
                              он скоро вернется и крикнет «Домой!».
                              Я помню дорогу вдоль леса... Но ведь
                              он ясно сказал: кобелина, сидеть!
                              Нет-нет, он вернется, да нет, он не мог...
                              ну вот же ошейник и вот поводок...
 
Автор: Скорее всего, не думает. Если собака понимает, что ее предали, то отношение меняется. Спасибо за стих. Наверное, собачья тема относится к разряду извечных.
 
Муравей: Талантливые стихи, но зачем так много? И текста, и — главное — разжевывания, перемалывания, переливания и перекатывания... Это еще цезура визуально сокращает, а если выпрямить, так вообще будет километр, но ведь так и читается. Хорошее обрезание (или разделение на несколько) пошло бы на пользу, мне кажется.
 
Автор: Спасибо на добром слове. Да, текст получился длинный. Насчет разделения я думал. Но ведь все укладывается в один эпизод: кошка ушла на кухню, кошка вернулась с кухни. Остальное — собачий сон, воспоминания в состоянии полудремы.
 
Обозреватель: Хороший замысел — половина успеха! Сергей, сюжеты, замыслы, как и их реализация, в ваших стихотворениях никого никогда не оставляют равнодушными. Спасибо вам за ваше творчество. Вы — всегда желанный гость в этой студии. Добро пожаловать и впредь! А наша программа продолжается, и я приглашаю следующего автора. Встречайте — Libelle. Стихотворение «С нуля»:
 
                              Думаю о тебе
 
                                                                   Л. Б.
 
                              иногда я думаю о тебе...
                              собираю прошлое, с гулькин нос.
                              то смеюсь, то кукиш сую судьбе.
                              и гуляю яростно как матрос.
 
                              ай, несусь корабликом без ветрил,
                              жизнь такая бурная... без руля,
                              накопить бы к осени столько сил,
                              чтобы непременно начать с нуля.
 
                              все равно приснишься, коснешься век,
                              постучишь в окошко, сотрешь покой.
                              неужели помнить тебя вовек?
                              оказалось, памятный ты такой
 
Стрекоза: Да что же это такое... Очень понятно, даже слишком. Спасибо, Катя.
 
Автор: Слишком понятно? Буду напускать отныне туману.
 
Муравей: Ага, хорошо. «Ай» хочется поменять, даже на «ой» годится, фонетически лучше тут.
 
Стрекоза: Это не ой, это — ааааай!
 
Автор: Это точно не ой, но тоже громко.
 
Стрекоза: Умницо. Ну, сколько еще повторять? Теперь буду помалкивать, как тот мальчик, который шести лет отроду сказал первые слова такие: «Каша подгорела». Ладно, Кать?
 
Автор: Ну, хотелось бы продолжения словесного банкета, если честно.
 
Обозреватель: А вот вы к нам почаще заглядывайте, Катя, и словесный банкет, который неизменно устраивают наши эксперты в этой студии, всегда будет и в вашу честь. Спасибо вам за красивое, глубокое стихотворение. А на сцене — дебютант программы — Cherry. «Уходя — возвращайся»:
 
                              Возвращайся
 
                                                         чудесным образом воскресшему таксисту
 
                              Уходя — уходи. В ледяные далекие дали
                              Иль в кромешную тьму, где живут проливные дожди
                              Кто пророчил тебе сотню лет — те, конечно, наврали
                              Если пробил твой час — не тяни, не стони — уходи
 
                              Миг рассветный придет. Зацветет на лугу подорожник
                              И окутает землю лиловый туман кисеей.
                              Знает каждый из нас, что он собственной жизни художник,
                              А живем как во сне, не желая очнуться порой
 
                              Просыпаясь — зеваем, пьем чай или утренний кофе
                              Суетясь суматошно, стремительно ловим такси
                              И спешим к повороту, где ждет обкурившийся шофер
                              Чтоб сломать нашу жизнь. Превеликое Мойрам мерси
 
                              Нам предвидеть нельзя, где заботливо масло разлито,
                              Когда вспять повернется былое течение рек
                              Мы не ценим мгновений, меняем венец на корыто
                              Совершаем по кругу свой тупо-размеренный бег
 
                              Итальянцы, сказав о мементо и что-то о мори,
                              Не имели в виду к популярному морю маршрут
                              Уходя — уходи. Не ругая, кляня и не споря
                              Но вернись поскорей. Наверху пусть чуток подождут.
 
Стрекоза: Моя ж ты кыця... Хорошо, маладесь!
 
Автор: Спасибо, дорогая! Роды были трудными...
 
Стрекоза: Результат стоил того.
 
Муравей: Мудровишенное. Всенароднопонятное. Ценнонапоминательное. Отлично, умница! Ир, посмотри только предпоследнюю строчку: «не ругая, не клянча, не споря» — может, так?
 
Автор: Спасибо, Муравей, твоя оценка для меня очень много значит. Но лично мне кажется, что «клянча» — это из другой оперы. Поторговаться просто нет времени. Есть только очень большое удивление — неужели всё? Неужели вот так, бездарно, вот сейчас и насовсем? То есть и спора-то нет, как такового, так, лишь полунамек на него. С тонким знанием вопроса говорю, были в моей жизни подобные прецеденты.
 
Обозреватель: Да, сразу видно — была причина. За ним стоит Событие. Оно взволновало... Сие ценно! Спасибо, Ирина, за ваше откровенное, заставляющее задуматься стихотворение. Заходите к нам еще. Всегда вам рады. А я приглашаю следующего участника программы — AlexG со стихотворением «Неинтересно»:
 
                              Неинтересно
 
                              Неинтересно, что там в твоих мозгах,
                              нахрен мне знать, какие там водятся черти,
                              спереди сзади ли выросли у меня рога...
                              Знаю, что земля вертится,
                              нет никакого дела мне до того,
                              кто ее вертит.
 
                              Неинтересно мне видеть уютный быт,
                              сбит ли гвоздями стул, или склеен клеем.
                              Мелом покрашен кол, тот, что криво вбит
                              в сердце мое.
                              Разницы нет:
                              один ли я,
                              вместе ли мы
                              о нем
                              потом
                              сожалеем.
 
                              Неинтересно мне ничего,
                              и я сам
                              неинтересен.
                              Хочу в глухомань,
                              чтобы речки,
                              печка потрескивала чтобы мне весь февраль,
                              я бы картошку пихал бы в свою утробу.
 
                              Неинтересно и это вот все писать,
                              сам ли читаю, ты ли, читатель, мне пофиг.
                              В зеркало глянул — щетина, будто ворса,
                              о, небеса!
 
                              ...А сварю-ка, пожалуй, кофе.
 
Стрекоза: Интересная философия, приняла к сведенью. Кофе из турочки?
 
Автор: Ну а как еще сварить? Хотя я разделяю кофе на вареный, растворимый и «бурда из автоматов», и бурда мне тоже нравится, только это не кофе. Это не философия, это... настроение, под которое писалось.
 
Стрекоза: Мдя... С вами до кофе (из турочки) лучше не беседовать.
 
Муравей: Как, уже все не интересно? Рановато, по-моему. Чай, не старик еще...
 
Автор: Лиргерой не имеет ничего общего с автором, всякое сходство — случайно. Это как бы раз. Людь — это такая противоречивая тварь, которая вечно чем-то недовольна. Это как бы два. Иногда и чай неинтересен. Это как бы три.
 
Муравей: Стреляться пробовали? Мне помогло.
 
Автор: Помогло научиться надувать пузыри из сопелек? Стихи не имеют к этому отношения, они живут сами по себе, отдельно от обстоятельств.
 
Муравей: Из сопелек я сам умею.
 
Автор: Здорово! Паражон талантами.
 
Обозреватель: А мне это очень близко! Иногда, конечно...
 
Автор: Спасибо, Володь.
 
Обозреватель: Это вам спасибо, Алексей. Настоящие у вас стихи, честные. Так и должно быть. Спасибо еще раз. И надеюсь увидеть вас в этой студии еще неоднократно. А у нас в гостях smehach со стихотворением «16 раз»:
 
                              Окно в мир
 
                              Сентябрь шестнадцатый
                              Шатается под ветром,
                              Срываясь с крыш,
                              А я…
                              Бреду устало
                              Меж всадников,
                              C которыми посмертно
                              На площадях
                              Ночуют пьедесталы.
 
                              Как месяц мечется!
                              И мечет
                              В воздух
                              Тени
                              На рассеченных
                              Клетками
                              Балконах.
                              И стяги штор
                              Трепещут в испареньях
                              Опавших звезд
                              Из ямы небосклона.
 
                              А я бреду
                              И больше не тревожусь.
                              Уже в бреду...
                              За трезвою Кассандрой.
                              Я на беду
                              Презрел неосторожность
                              На поводу
                              Шестнадцатых касанья…
 
Стрекоза: Вах, какая чуда! Первые две строфы. А последнюю — надо было, да? Но не в струю чёйта, имхо. Доделать бы ее.
 
Автор: Помните «День Радио»? А последнюю строчку можно убрать. ... Неее, ради нее все и писалось. Спасибо, Стрекоза. Точнее — «День Выборов».
 
Муравей: 1/16 касанья — это почти нота.
 
Автор: Ничо се! Я в шоке... А как вы догадались-то? Это нереально. Немножко охренел сейчас. Даже не знаю, что сказать. Ну, может вы гений какой-то, менталист?
 
Муравей: Я немножко музыкант.
 
Автор: Ах, вот оно что. Классический гитарист? Верно?
 
Муравей: Неклассический, бардовский, семиструнный. У вас, в принципе, построен текст на ритме не лексическом, а музыкальном. Сам так люблю делать.
 
Автор: Скучно с вами. Все-то вы знаете. А я-то вечно себя загадочным мну. Видно, не в этот раз.
 
Стрекоза: По секрету: он гений!
 
Автор: Ну, как минимум, он сходу умеет ловить вещи едва уловимые. Если так во всем, то это, действительно, вызывает восхищение. Но, с другой стороны, тревогу. Знаете, как гитаристы или барабанщики музыку слушают? Они ее в голове разбирают как механизм — смотрят, из чего он сделан, хорошо ли работает — а потом обратно в голове собирают.
 
Стрекоза: Так и должно быть, если у музыканта, конечно, есть, где разбирать музыку, то есть — голова.
 
Муравей: Это я больше с текстами люблю.
 
Обозреватель: Если продолжить мысль Стрекозы Музовны, то... так и должно быть, если эксперту, конечно, есть, что разбирать, то есть — хорошие стихи. А вы, Борис, принесли нам сегодня замечательное стихотворение. Спасибо вам за него. Мы же продолжаем программу. И я приглашаю на эту сцену автора baracud со стихотворением «Листья шуршат по асфальту…»:
 
                              Причал
 
                              Листья шуршат по асфальту,
                              Листья хрустят под ногами.
                              Я улетаю на Мальту,
                              Ты полетишь на Багамы.
 
                              Мы попрощаемся скучно
                              И разойдемся до срока.
                              Знаешь, сейчас уже утро,
                              Мне без тебя одиноко.
 
                              Знаешь, а я ведь остался,
                              Снова ходил по карнизу.
                              Нет, умереть не пытался,
                              Просто оплакивал визу.
 
                              Просто заглядывал в пропасть
                              И любовался простором…
                              Хрустнула лайнера лопасть,
                              Мы не увидимся скоро…
 
Муравей: «...Но где мне до нее — она уже в Париже, / Мы снова говорим на разных языках...» Такая лирика нам нужна, сэр!
 
Автор: Спасибо за отзыв!
 
Обозреватель: Я, конечно, не совсем так понял этот стих, как понял его Муравей Муравьедович. А вернее — я понял его совсем не так!.. Но господам экспертам виднее. Спасибо вам, Анатолий, за ваше творчество. Не забывайте нас и заглядывайте на огонек почаще. А в студии — следующий гость программы «Больше слов», встречайте — natasha. «Пришелец»:
 
                              Пришелец
 
                                                «И держится Земля на трех словах,
                                                которые ты никогда не скажешь…»
                                                                   MashaNe «Пред снежное»
 
                              Нелепо. Неизбежно.
                              Затоскую 
                              на всю оставшуюся на земле...
                              И выживу… и проживу 
                              простую 
                              не по хотению, а так, как бог велел.
 
                              Пришельцем умным,
                              на чужой планете.
                              Захоронив останки корабля,
                              приму обличье.
                              В буднях, в круговерти
                              сует земных,
                              по-тихому, с нуля 
 
                              жить по-людски начну,
                              не вспоминая 
                              — (пе-ре-и-на-чу, господи, твой план!) 
                              сойду с ума,
                              все чаще узнавая
                              сородичей,
                              под маскою землян.
 
Муравей: Хорошо написанный текст, от которого получаю эстетическое удовольствие, от того — «как», но меня совсем не трогает — «что», и так бывает.
 
Автор: Муравей, а вам, что, нужно, как вообще никогда не бывает? И что вас трогает, если не секрет? А, по-моему, вас именно тронуло, зачем вы лукавите, а? Или вы не вчитались внимательно, потому что не могло это вас не тронуть, не верю.
 
Муравей: Наташ, вы зря обижаетесь. Я подробно расскажу, почему меня не тронуло «что». Первая строфа — да, «входит», с одним махоньким допуском: я отношусь к богу не как к некоему идолу любой религии, а немножко шире, пусть это будет «всемирный разум», или «ноосфера», или что угодно, но мое отношение исключает всякую возможность пафоса, и отношения происходят только внутри, и никогда вслух. Наверное, из этого уже понятно, что меня не только не могут тронуть дальнейшие строчки, где не просто громко, а очень громко ЛГ обращается к богу. Так же мне видится излишний пафос в «обличье» и во всей третьей строфе. По всему поэтому меня и не трогает «что», но я, уважая другое отношение к жизни и чему бы то ни было, понимаю, что автор пишет искренне, и даже в некоторой степени интимно (хотя и крича, такой парадокс). Вместе с тем, мне нравится построение текста, оно не вызывает ни одного пунктика отторжения. Надеюсь, что теперь понятно, что я высказался искренне в своем первом комментарии.
 
Автор: Елы-палы, вы что не слышали пословицы: «Живи не так, как хочется, а так, как бог велит»? Опять не верю. Конечно, знаете, а, значит, лукавите, говоря о пафосе здесь, в последней строфе тоже нет никакого религиозного пафосного намека (так эмоционально люди восклицают, говоря о судьбе вообще). Ну ладно, я напишу с маленькой буквы, если есть какие-то сомнения, что это только эмоциональная (в третьем) и привычная (в первом) фигуры речи. Вы меня не убедили, Муравей. И я нисколько не обижаюсь, наоборот, мне интересно ваше непонятное непонятство.
 
Муравей: Палы-елы, слышал. Но живу не так. Живу так, как сам себе велю, и мне думается, что это будет пожестче. Не припомню ни одного своего текста, где бы я мыслил по-другому. И — да, в написании с большой буквы мне всегда видится излишество, показуха, чаще всего неосознанная. Возможно, что даже и этот текст снизит градус пафоса, и будет восприниматься иначе.
 
Стрекоза: А ведь и правда так легче читается. Мне, по крайней мере. Если вы действительно подразумевали простые речевые обороты, то теперь все понятно. С прописными мне это и в голову не пришло. Но сейчас такие времена, что за маленькие буквы головой отвечать надо. И то не расплатишься.
 
Автор: Пасиб, Стрекоза.
 
Обозреватель: Наташа, спасибо и вам за то, что пришли на нашу программу. Насколько я помню, вы не пропустили еще ни одной. Спасибо вам за это и за ваше творчество. А в студии — автор, который также посещает нас регулярно, и всегда дарит нам свои замечательные стихи. ChurA. «*** (на турнир)»:
 
                              Бесполезность
 
                              Как долго стыла пустота
                              В душе, где было столько места,
                              А копошилась бесполезность
                              Мышиным шорохом в кустах.
 
                              И только общие места
                              Топтались там, толкаясь тупо,
                              И грезился бесцельный ступор
                              В конце последнего листа.
 
                              Но, вот: ресниц тенистых взлет!
                              И взгляд неимоверно чистый
                              Зажег сиянием лучистым
                              Души пустующей исход.
 
                              И нежность откликом живым
                              Ее заполнила, как ливень...
 
                              ***
                              Мгновенье может стать счастливым,
                              Или исчезнуть словно дым.
 
Стрекоза: Спасибо. Красивый стих.
 
                              И до последней пустоты
                              мерцала нежность. И дождило.
                              Не помнить что ушло, и было.
                              Прожить до этой чистоты.
 
Обозреватель: Вы правы, Стрекоза Музовна, — красивый стих. Как, впрочем, и все стихи, которые Аркадий предлагает нашему вниманию. Спасибо ему за эту утонченную красоту. А у нас в гостях — дебютант программы, не так давно пришедший на Решеторию, — gamayun со стихотворением «Не сезон»:
 
                              Не сезон
 
                              Ветер, скуля, ласкал
                              сколы, как скулы, скал,
                              наши следы искал
                              на берегу в песках.
 
                              Чаек волной качал,
                              ею он бил в причал,
                              что-то в тоске кричал
                              солнечным злым лучам.
 
                              Только ведь, не сезон.
                              Холодно для утех.
                              Видно, влюбился он
                              в наш прошлогодний смех.
 
                              Просто, без нас скучал
                              ветер.
                              И вся печаль.
 
Стрекоза: Интересный текст, нравится.
 
Автор: Спасибо, Стрекоза. Дорогого стоит.
 
Муравей: Аллитерационная рационализация целеуказания... Хорошо.
 
Автор: Что-то такое там есть... Спасибо.
 
Обозреватель: И вам спасибо, Валерий. С дебютом! Будем ждать вас и на следующих ежемесячных съемках научно-развлекательного, обзорного тележурнала «Больше слов» на телеканале «РешTV». А на эту сцену сейчас поднимается автор, которого лично я всегда видеть очень рад, как, думаю, и многие, многие наши телечитатели. Встречайтем ole и ее стихотворение «Сестра (на турнир):
 
                              В городе
 
                              Когда не станет птиц, и тишину
                              нарушит холода тяжелое дыханье,
                              асфальтовое шарканье шагов
                              и сонное жужжанье поздней мухи,
                              тогда не станет сил, и я пойму,
                              что только дождь теперь в окно заглянет,
                              и больше не случится никого 
                              ни подлости ни радости ни муки.
 
                              На Кирочной созрел фонарный свет
                              и падает на новенькие плиты.
                              Его не соберут, его затопчут
                              резиновыми ребрами подошв.
                              Чтоб к тьме привыкнуть, сколько нужно лет?
                              Не больше ста. Привыкну, станем квиты,
                              как два дождя, два сумрака, две ночи,
                              как близнецы кто где, не разберешь.
 
                              Заполню светом темный вакуум души,
                              наполню книгами тоскующую сумку,
                              и на вокзал под одинокий рев машин
                              с сестрой по тихому ночному переулку.
 
Стрекоза: Чудо какое... Спасибо!
 
Автор: Тебе спасибо за тему, принцесса.
 
Муравей: Умничка моя...
 
Автор: Твоя — факт! Остальное спорно...
 
Обозреватель: Не только ваша, Муравей Муравьедович. Оля — умничка и гордость всея Решетории! Оля, спасибо вам за осмысленные, глубокие стихи. Они у вас — настоящие, они — честные... А знаете что?.. Хотя, с недавнего времени, правила на нашем телеканале сильно ужесточились, и теперь каждый автор может представить в Обзоре лишь по одному своему произведению, но — в конце концов, ведущий я или где? — для вас я сегодня, с огромным удовольствием, сделаю исключение, потому что много наслышан о вашем последнем стихотворении. Оля, прочтите нам, пожалуйста, его.
 
Автор: С удовольствием, Володь. Оно называется «м.3197»:
 
                              В городе
 
                              Не хватает времени, пары лет,
                              не хватает времени ни на что 
                              ни открыть окно, ни послать «привет»,
                              ни пройти по парку в новом пальто,
                              ни поднять осенний шуршащий лист,
                              и еще один, и еще один...
                              Только воздух скуп, только ветер мглист,
                              да растет внутри первоклассный сплин.
 
                              Не морочь мне голову, не морочь,
                              папа Время. Знала б, где ты живешь,
                              то послала б весточку, подпись «дочь»,
                              и обратный адрес: «проездом. дождь»
 
                              Двор-колодец, на дне его стынет клен,
                              а по крышам дождик тук-тук, динь-динь.
                              Всё путем, твержу себе, всё потом,
                              я когда-нибудь выберусь в магазин
                              и куплю пальто.
 
Стрекоза: Ага, на каждые два года не хватает пары лет. Особенно, чтобы купить куртку папе Карло. А у меня есть пальто с песцовым воротником, я его со школы ношу, из Ленинграда привозили. В каком-то загадочном «Гостином дворе» покупали. Совсем не такое, как у нас тут все ходили. Модненькое, на все времена. Когда мне предлагают купить пальто, я говорю, натягивая куртку — да у меня есть.
 
Автор: Ага, вот такие мы «буратины»... Стрекоза, а что такого загадочного в гостином дворе? Но отмазка — отличная!
 
Стрекоза: Да все загадочно. Что далеко и непривычно называется. Особенно, когда слышишь в первый раз. Эх, еще найти бы эти пару лет...
 
Автор: Знать бы, где их искать, уж мы бы снарядили экспедицию.
 
Муравей: Первоклассный сплин — это вещь! Какая осень!
 
Автор: И она пройдет.
 
Обозреватель: Все когда-нибудь пройдет... Спасибо, Оля. Не забывайте нас, пожалуйста, и впредь, заглядывайте на огонек телекамер. А пока — проходите в зал, присаживайтесь, располагайтесь поудобнее, потому что мы продолжаем. У нас в гостях дебютант программы IrkanKlayd и его «Mnemesida»:
 
                              Мелочи
 
                                                                              Sān Shé
 
                              ...Помню мелочи, черточки про него,
                              Но не помню главного.
                              Помню, пальцем обои тер, смущаясь, 
                              А плавно ли
                              Загорались глаза, когда выходил один
                              Против силы, сумевшей выбесить?
                              Нет, не помню, хоть вешайте,
                              И уже не случится выяснить.
                              Косорукую помню татуировку
                              (Это ж надо прийти в салон,
                              И напиться с мастером!)
                              Но забылся ветки под ветром
                              Метельный сон.
                              (Мы его рисовали потом фломастером,
                              Из движения вырастив целое таолу.
                              Таолу я помню. Движение ветки 
                              Нет.
                              Но помню, как на полу,
                              Из китайских чаш
                              Поливая линолеум четырехпроцентной водой,
                              Мы валялись, пьяные, рыжие, гениальные,
                              Разумеется, с бородой.
                              (Я не помню! А ведь уже, наверное,
                              Где-то точился нож,
                              Поверялись карты, пехота брала паек 
                              Чтоб, не теряя ни дня,
                              Навалиться лавиной сует, косяков, рож,
                              И отобрать ее
                              У него. А потом — его. У меня.
                              Даже помню, они снова встречались
                              Раз, или два...
                              Чего уж тут, без обид.
                              Но забылось, как не было, на какую часть
                              Седой была его голова
                              В двадцать восемь.
                              Кстати, если не помнить 
                              То не болит.
                              Помню всякую ересь,
                              Неведомые миражи;
                              Не память, а мусорный бак!
                              И не спишешь на перебои от перепоя..
                              Только, порою кажется, самое главное 
                              Помнить не то, что жил,
                              И даже не то, что нет... 
                              А вздрагивать, вспоминая, как
                              Стоял, смущаясь, и тихо
                              Поглаживал пальцем обои...
 
Стрекоза: Кто жалуется на плохую память, кто-то на хорошую, не поймешь этих людей.
 
Автор: На оперативную еще можно...
 
Стрекоза: Я не жалуюсь. «Кстати, если не помнить — / То не болит» и далее — невозможно правдивые строки...
 
Автор: Ох, леди... Возможно, в этом-то и дело...
 
Муравей: «мастером / фломастером» — не слишком круто? После окончания, где про «смущаясь», неудержимо хотелось спошлить, но удержался.
 
Автор: Спасибо.
 
Обозреватель: Вам спасибо, Егор. Смысловое какое стихотворение у вас... Будем рады видеть вас в этой студии снова. А я приглашаю на эту сцену wilt, который прочтет нам стихотворение «Полустанок»:
 
                              Полустанок
 
                              Отсутствие любви не убивает.
                              Жизнь без любви бывает хороша,
                              Лишь незаметно, тихо убывает
                              По капле бесприютная душа.
 
                              Жить без любви как жить на полустанке,
                              Где все знакомо речка, домик, лес.
                              Парное молоко в стеклянной банке
                              И день на день похожий как близнец.
 
                              Но в час, когда в тоске невыносимой
                              Бессонница считает воронье 
                              Экспресс любви опять грохочет мимо
                              Поверивших в отсутствие ее…
 
Стрекоза: Какой вы... восхитительный. Люблю о любви. Ваше «молоко» напомнило и эту любовь:
 
                              Здесь снится вам не женщина в трико,
                              а собственный ваш адрес на конверте.
                              Здесь утром, видя скисшим молоко,
                              молочник узнает о вашей смерти.
                              Здесь можно жить, забыв про календарь,
                              глотать свой бром, не выходить наружу
                              и в зеркало глядеться, как фонарь
                              глядится в высыхающую лужу. (с)
 
Муравей: Свидетельствую: когда мимо дома, что на полустанке, проходит поезд, хочется лечь на пол, куда-нить под стол, и закрыть голову руками. Жуть, пока не привыкнешь.
 
Обозреватель: От экспресса любви под столом не спрячешься, и голову руками не закроешь, увы!.. Спасибо, Виталий, что зашли к нам, заходите и впредь, будем рады вас видеть. А на сцене... Встречайте — aerozol со стихотворением «Пусть на плаху...»:
 
                              Закат
 
                              Пусть на плаху обречен веком,
                              мерзлой яростью, сырой грустью.
                              Паруса, наперекор брегам,
                              подниму, и поплыву к устью.
                              Я не ветром те крыла полню 
                              ветры побоку, и смерть мнима.
                              Не печальтесь, я о вас помню...
                              А сума не проплывет мимо.
 
Стрекоза: Исповедальное какое...
 
Муравей: Да уж...
 
Обозреватель: Как и все стихи Никиты, всегда откровенны и честны. Спасибо ему за это. А я приглашаю следующую участницу программы, у нас в гостях Bastet. «Закатилось солнце за печаль-гору»:
 
                              Печаль
 
                              Закатилось солнце за печаль гору,
                              и глядит в окошко тьма кромешная.
                              Что Сивер горланишь, чай не на пиру,
                              и какого, в дверь стучишься, лешего.
 
                              Лоб перекрещу трикрата, выйду вон,
                              свечи запалю, пойдем упряжкою.
                              Что Сивер пугаешь, яко тот Мамон,
                              мне утяжеляешь думы тяжкия.
 
                              Тяжкое водице, думы на колы.
                              Осень попарит еще соколицей!
                              Что Сивер ломаешь, рубишь наполы
                              рученьки березкам богомолицам.
 
                              Порезвилась удаль, да и вышла вся.
                              На гора валежи план не удался
                              Что Сивер притих, ужели выдохся,
                              аль в речах моих совсем запутался.
                              Что Сивер притих, ужели выдохся,
                              али в трех свечах, злодей, запутался.
 
Муравей: «Попарит» и «план», имхо, выпадают. А вообще — отлично. Особенно последние четыре строчки сильные.
 
Автор: Да, «план» тут не ахти как к месту, но ничего лучшего не подобрала. Спасибо, Муравей.
 
Обозреватель: Песня-притча-заговор... Необычно как... Интересные у вас тексты, Наташа, очень интересные. Всегда с удовольствием их читаю. Спасибо вам за ваше творчество. С нетерпением будем ждать от вас новых творений. Проходите, пожалуйста, в зал, располагайтесь, а мы продолжаем наш сентябрьский выпуск обзорного тележурнала «Больше слов» на канале «РешTV». На сцене — NEOTMIRA со стихотворением «Душа»:
 
                              Душа
 
                              Скорбит в тисках суровой стражи,
                              Трепещет, каяться спеша,
                              Горит неутоленной жаждой —
                              Тоской по небесам — душа —
 
                              Во тьме пристанища не ищет —
                              И в городе — среди людей,
                              Скитаться будет тенью нищей,
                              Вокруг дворцов и площадей...
 
                              О, акварель листвы весенней,
                              Сложи неведомому гимн —
                              Туманным далям восхождений,
                              Соблазнам бездны колдовским:
 
                              В горах гремящим водопадам,
                              В пустынях воющим пескам,
                              Покоев царских анфиладам,
                              Венцом венчающим рукам...
 
                              Несбывшееся — неизменно
                              Терзает сердце прожитым,
                              Но плеть судьбы — благословенна,
                              Свят горьких поражений дым!
 
Стрекоза: Очень образно и красиво.
 
Автор: Таким образом, Стрекоза Музовна, я отметил первую годовщину моей первой публикации на Решетории, она состоялась 18 сентября 2012 года. Праздную!
 
Стрекоза: Поздравляю с годовщиной! У вас замечательные стихи!
 
Автор: Спасибо! От вас такие похвалы особенно приятны и ценны! Теперь с новыми силами буду к первой сотне публикаций стремиться!
 
Стрекоза: А это, кстати, один из стимулов писать и дальше так же хорошо.
 
Муравей: Что кинул он в краю родном... Эстетика тоже близка, классика просто.
 
Автор: Спасибо за теплый отклик!
 
Обозреватель: Виталий, поздравляю вас от имени всех авторов и читателей Решетории с вашим первым маленьким юбилеем! Стрекоза Музовна права — у вас замечательные стихи! Балуйте нас ими, пожалуйста, и дальше. Желаем вам неиссякаемого вдохновения и больших творческих удач! А я, тем временем, приглашаю на эту сцену следующую гостью нашей программы, встречайте — tamika25 и ее «Оригами»:
 
                              Холодно
 
                              Я замерзла. Очень. Ты меня согрей,
                              подыши в окоченевшие ладони...
                              Я тебя таким участливым не помню,
                              я давно таких не помню сентябрей,
                              моросящих, злых, бессолнечных, больных.
                              Задержи в своих руках мои... подольше.
                              Видишь, вечер льется в небо из окошек
                              лунным молоком густым. И звездных брызг
                              капли медленно стекают в Млечный путь,
                              ночь задумчиво слагает оригами
                              из любви моей, что загрустит стихами
                              о тебе. О сентябре. Прочти, забудь...
 
Муравей: Хороший какой. Твой!
 
Автор: Мой. А то чей же исчо... Пасип.
 
Стрекоза: Тамила! Пиши чужие тоже! Например, пиши Осипа и Иосифа!
 
Автор: Кста, из моих любимых!..
 
Муравей: Извини, что не так выразился!
 
Автор: Муравей, ну я же шуткой ответила. Я все поняла, что ты хотел сказать. И еще раз — спасибо!
 
Стрекоза: Боюсь такого, до косточек пробирает. А при этом — хорошо... тепло...
 
Автор: Сама боюсь. А тепло — это всегда хорошо...
 
Обозреватель: Ну, наконец-то, Стрекоза Музовна хоть немного согрелась... Действительно, хорошие стихи всегда излучают тепло и согревают изнутри. Стихи Тамилы — из таких! Спасибо ей за это. Тамила, будем рады видеть вас в этой студии вновь, на съемках следующих выпусков нашего тележурнала. А сентябрьский выпуск программы продолжает Helmi со стихотворением «Ennentalvie»:
 
                              Перед зимой
 
                                                                                        ennentalvie
                                             накануне зимы, перед зимой (кар. яз)
 
                              Арктика замерзает, топорщит льды,
                              подбираясь к суше медвежьей хваткой.
                              Сыплют цвет испуганные сады,
                              содрогаясь яблонево и сладко.
 
                              Белизной безмолвие обожжет,
                              чуть касаясь снега случайной строчкой, 
                              это проболтался спросонья тот,
                              кто полгода дремлет полярной ночью.
 
                              Спит Гаруда, выстлала два крыла
                              на полнеба, грея дома и землю.
                              По сараям сохнут к зиме дрова, 
                              выпускать из труб легковерных змеев.
 
                              Вечерами будет сидеть в печи
                              золотой божок или добрый кшатрий,
                              нарисует мандалу, поворчит,
                              и уснет, согретый и бородатый.
 
                              У подножья Меру снега, снега,
                              свысока не видно ни звезд, ни окон,
                              это не молочные берега,
                              это просто холод и одинокость.
                              ***
                              Знаешь, если верить и снам, и картам,
                              если вдруг замерзнешь среди людей:
                              этот край земли начертил Меркатор,
                              моей кухни свет ты найдешь на ней.
 
Муравей: Здорово. Плетеночка, какую люблю... Это хорошо.
 
Автор: Заплелось так, что теперь только отрубить, вместе с головой. Спасибо, Муравей! Неожиданная приятность.
 
Муравей: А вот на карельском сей стих почитать бы... Можно ли любителю финно-угорской словесности сие скромно возжелать? Я понимаю, он написан на Великом и Могучем... Не хотелось бы говорить «слабо?»... Но хотелось бы увидеть-прочитать его на карельском, Елена, а? Я, конечно, ни бельмеса не пойму, но этот неповторимый саунд вашей дивной речи услышу.
 
Автор: Возжелать-то, оно, конечно, можно. Вопрос — как это перевести? Задачка любопытная. Подумаю, может, справлюсь. Мне языки кажутся настолько разными — русский и карельский, что значение дословно не передать, увы. Будет, но по-другому. Не обещаю скоро. Честно — переводами никогда не занималась всерьез, раздваиваться приходится между красотой языка и смыслом, теряется что-то неуловимое. Все равно, что одну песню два исполнителя поют: разный голос, тембр, чувственность.
 
Муравей: Дык да... Хельми... я понимаю — одно дело просто (просто?) писать стихи, а другое дело — переводить, да фактически не столько с одного языка на другой, сколько с менталитета на другой менталитет. Я, бывает, занимаюсь переводами, чаще, конечно, с английского... это единственное лингво, которое я еще кое-как понимаю. Трудно, дословно никогда не переведешь. Чаще просто кидаешься в вольное переложение, про себя подумав — ну до чего ж тупые! надо ж так сказать... Или, может, это я тупой, что тоже предполагаецца довольно смело. А дело в менталитетах, конешно, которые не пропьешь. Вот и искусство — перекроить мысль с менталитета на менталитет, да-с. Этим и привлекательно, я считаю, это занятие. Попробуйте, Елена, может, получится. Буду послеживать, если что, не пропущу и оценю.
 
Стрекоза: Чудесная мифогеография.
 
Автор: Благодарю вас. Мифохронология, скорее. Догадки, предположения, домыслы, среди которых потерялись географические карты. Или наоборот.
 
Стрекоза: А вот по поводу ритма буду ругаться... Не могу понять, как можно наплевать на всяческий ритм? Ну, бог с ней, с силлабо-тоникой, пусть будет тоника, пусть будет что угодно, но пусть хоть что-нибудь будет! Тут нет никакого ритмического построения. Можно прочитать, как зарифмованную прозу и этим удовлетвориться, но непонятно мне, почему автору так в лом просто взять и хоть рукой постучать по столу при чтении? Очень сильно заставив себя не обращать внимание ни на какие вольные перескоки ударений, на гуляющую трех-четырех-стопность, в последней строфе, хоть убей, не могу поставить ударение иначе, чем на «мОей». Так как хотя бы в этой строфе все строки начинаются с ударного первого слога и два ударения подряд (сильных, причем) никак не могут вписаться ни в какое прочтение. Автору просто пофиг, или это умышленное издевательство над читателем?
 
Муравей: Стрекоза, ты чего так завелась-то? Автор — проф., вот в чем дело.
 
Стрекоза: Что такое проф.? Хотелось бы увидеть ответ по существу комментария автора, а не посредников.
 
Автор: Дорогие Стрекоза и Муравей, изо всех сил прошу вас не ссориться. Ни один, даже самый раздрызганный ритм чужого стиха не стоит потери спокойствия, хотя сама иногда завожусь. Тут, братцы-сестры, дело такое: я действительно проф. — профан в стихосложении. Когда-то, лет «цать» назад, внимательнейшим образом отстукивала ритмы, чертила схемы, сверяла по всем правилам стихосложения, и, случалось, вписывалась в норму без нанесения тяжких телесных повреждений читателю. Теперь, разумеется, делаю также. Но здесь, да. Накосячила с ритмом. Знаю, заметила, видела, слышала. Читала вслух. Стрекоза права — сбоит. И «мОя кухня» — сбоит. Только при авторском прочтении вслух у меня все вписывается в мои снеговые долины и там, где кроме ритма — провалы во времени в десятки тысяч лет — нормально. Это не значит, что я не стану править, уперта. Еще подумаю. И именно над этим стихом буду думать, править. Объясню прыжки ритма прыжками и смысла так же. Чуть было санскрит не втиснула. Тут-то бы меня читатель уел вовсе. В момент создания (ой-ой) состояние транса — как лепет сумасшедшего. А давайте спишем на больную голову автора! Поправится, и ритм посадит в норму. Пока не могу ничего править. Свежо еще. Переболею темой, возьмусь за чистоту ударений. Стрекоза, я не издеваюсь, я люблю читателя, но иногда забываю, что он будет это читать. И вы правы — я о читателе не думаю. О том, каково ему будет с моим стихом, мягко ли, сытно ли. Только я боюсь солгать ему больше, чем нарушить тонкий слух ценителей чистого звука. Вот. А теперь можно продолжать расстреливать. Я вас обоих ценю!
 
Стрекоза: Уважаю честный ответ. И хорошо понимаю, что автор себе прочитает всегда так, как нужно ему. Текст стоит того, чтобы его подрихтовать. Что касается последней строки, то очень просто, малой кровью, переставить слова: «кухни моей», более того, появляется дополнительная красивая игра звука и смысла.
 
Автор: Спасибо, Стрекоза. Последнюю строку точно поправлю.
 
Обозреватель: Какие противоречивые и непредсказуемые у нас эксперты. То, что нравится одному — неприемлемо для другого. И это здорово! Так и должно быть! Автор, выслушав все точки зрения, обязательно сделает вывод, тот или иной. Я же благодарю Хельми за то, что из программы в программу она радует нас своими новыми стихами — глубокими, осмысленными, всерьез пропущенными через себя и откровенно, без лицемерия и недомолвок, демонстрирующими ее мироощущение. Спасибо, Лена. А наш выпуск постепенно подходит к концу. И сейчас, на эту сцену я приглашаю Pro, у которого уже «Время вышло»:
 
                              Время
 
                              Время немобильных телефонов,
                              черно-белых телевизоров без пульта.
                              Время приснопамятных актеров.
                              Время до отцовского инсульта.
 
                              Время скоростного Бенетона,
                              первых видео, ценою в полквартиры.
                              Время детства, больше время оно...
                              Это было...
                              Это...
                              было мило.
 
                              Так давно,
                              что думал, вкус утрачен,
                              так давно,
                              что думал, позабыто.
                              Думаю,
                              могло быть все иначе
                              и с тоской смотрю в свое «корыто».
 
                              Не разбито,
                              но не золотое.
                              Рыбка точно знала меру числам,
                              выдав горстку счастья, каплю горя...
                              и безбрежную пустыню
                              Смысла.
 
                              Неопознанного и чужого.
                              Что мне с ним?
                              Перебирать песчинки?
                              Пёр бульдозером, ломился на рожон я.
                              И застрял,
                              увяз посерединке…
 
                              Лишь сейчас,
                              ладони погружая в прошлого песок,
                              задумываясь чаще,
                              я свою пустыню понимаю...
                              Время вышло 
                              вырос старый мальчик.
 
Стрекоза: Вместо рецензии, в ответ, я хочу прочитать вам стихотворение автора tamika25. С вашего позволения:
 
                              Как-то накатило, накатило...
                              В голове перемешались темы,
                              будто кадры из любимых фильмов 
                              из обрывков складываю время,
 
                              время кукол простеньких, не Барби,
                              их одежек, сшитых неумело,
                              классиков и стеклышек «янтарных»,
                              «изумрудных», розовых и белых...
 
                              Время платьев ситцевых в цветочек,
                              ссадин постоянных на коленках,
                              первых в рифму сочиненных строчек,
                              списанных задач на переменках...
 
                              Это время прошлое в картинках,
                              памяти художество простое.
                              Вот и нарисованы поминки.
                              Не грусти. Не береди. Не стоит...
 
Автор: Стрекоза, ты прелесть! И Тамила — прелесть!
 
Стрекоза: Спасибо, но, как говорится: если б не было так грустно. Вот этот ваш стих — из тех стихов, что задевают за больное. Я сейчас как бы на перепутье. Вроде вперед смотреть надо, в будущее, а с другой стороны, позади слишком много осталось, столь же милого, как черно-белый телевизор и записи на катушках. Много лет назад я начала повесть, которую заканчивать не имеет смысла: в ней сюжет предполагает отсутствие мобильных телефонов. Спасибо за стихотворение.
 
Автор: Позади осталось много, но... Когда-то, кто-то правильно писал:
 
                              Я спокойна, я люблю, и я любима,
                              Я хожу по мелким лужам в нашем парке,
                              И вожу на поводке собаку нашу Бима,
                              И смотрю, как падают с деревьев листьев марки.
 
                              Я не стала ни актрисой, ни моделью
                              И ни чуточки об этом не жалею.
                              Льется жизнь моя изысканной капелью.
                              ...Только сердцем я за милого болею.
 
Стрекоза: Ничего себе! Ты помнишь это стихотворение! Я в тихом приятном трансе! Оно написано автором Ptenchik. Одно из моих самых любимых.
 
Автор: Будь и ты сильна этим.
 
Обозреватель: Всем бы нам не помешало уметь черпать силы из настоящего, реального, из того, что есть у нас здесь и сейчас, ну и, конечно же, при этом, не забывать то, что было. Спасибо, Ник, за прекрасное, умное стихотворение. А в нашей студии — Baas с риторическим «Не слишком ли тепло для октября»:
 
                              Октябрь
 
                              Не слишком ли тепло для октября?
                              Не слишком ли горячий неба мякиш?
                              По скарабейски жизни камень катишь
                              Наверх где спит вечерняя заря.
 
                              И все вокруг заточено под то,
                              Что будет вновь просрочен срок отсрочки:
                              Извечна теплота небес и точка.
                              И зря ты ладил зимнее пальто.
 
                              Не слишком ли тепло? Плывешь на риф
                              По горло полон этой круговерти,
                              По скарабейски мир толкаешь к смерти 
                              Огнепоклонник, филантроп, Сизиф.
 
                              Не будет дна, но сохранят моря
                              Твой аусвайс в коньячной дутой колбе.
                              Октябрь будет невозможно долгим,
                              И никогда не будет ноября.
 
Стрекоза: А у вас уже октябрь?
 
Муравей: Как и у вас, между прочим!..
 
Стрекоза: И декабря, и даже января на моем веку бывало, как не бывало. Снежный ком катить куда веселее!
 
Автор: Ага. Спасибо, Стрекоза.
 
Муравей: А кажется, было «туда», а не «наверх». Я не ошибаюсь? Если не ошибаюсь, то можно и «туда». Даже и лучше, имхо. И зачем «но» появилось в третьей от конца строчке? «Но» намекает на какой-то здравый силлогизм. А его же нет, да и не должно быть. Стих чисто медитативный. Или?.. Да, забыл сказать — стих прекрасный.
 
Автор: Муравей, спасибо. Здорово, что заметили изменение концепции. Сизиф, если не ошибаюсь, камень поднимал в гору. Отсюда и «наверх» в тексте. Силлогизм, надеюсь, в тексте присутствует. Во всяком случае, его «должно быть», так как медитативность и прочие камлания в поэтическом тексте у меня не получаются. Скорее наоборот — смыслов слишком много. Здесь, например, получился такой винегрет из постмодернистского Сизифа, тонущего в океане сансары.
 
Муравей: Не пелевинские ли здесь мотивы?
 
Автор: Скорее, Владимира Сорокина.
 
Муравей: Ну, «скарабей» — это точно Пелевин. У него есть рассказ в «Жизнь насекомых». Там два жука катят, правда, не камень (жизнь), если не ошибаюсь, а что-то, пожалуй, метафорически более точное. Мне сразу он вспомнился.
 
Обозреватель: Владимир, благодарю вас за то, что не забываете нас и постоянно приходите на съемки тележурнала. Будем рады видеть вас вновь. А сейчас... Rosa и ее новое стихотворение «Полшага до...»:
 
                              Полшага до
 
                                                                           Тамиле моей
 
                              Я не дошла полшага до любви,
                              До обнаженных плеч под поцелуем,
                              Как до признанья: «Брошусь, позови»
                              И до снегов, обманутых июлем.
                              Мне не был труден этот тяжкий путь,
                              Где ты не ждал с победным восклицаньем,
                              Хоть и любил мое из сердца «Будь»,
                              Хоть и любил отчаянность признанья.
                              И что ж мне делать с этим «не дошла»?
                              Себе на память иль тебе в трофеи?
                              Куда пойдет лохматая зола
                              Из бывших писем, где тебя жалела?
                              Куда уйдут мои больные сны,
                              И где тропинка под осенним настом?
                              Полшага было, было до весны,
                              А оказалось до сухого «Здравствуй»...
 
Стрекоза: Хороший!.. Тушновский такой... «До снегов, обманутых июлем» — роскошная фраза. Красиво.
 
Автор: Увы... Жизненно... Мерсибище, дорогая!
 
Стрекоза: Чтобы это забыть, надо снова влюбиться. И так каждый раз, вместо всего, что больно (чаще страшно) — любовь, и ну их, все опасения, доверься сердцу, не время на ум полагаться. Последние полшага — самые трудные... Это я о своем.
 
Автор: Зачастую несбыточные.
 
Муравей: Хорошее, Роз. У Олега Медведева есть песенка «Полшага до песни»:
 
                              Ведь это не небо, это только бумага,
                              По синему полю розовые шрифты.
                              По жизни полшага, и по смерти полшага,
                              И полшага до песни посередине ты...
 
Автор: Спасибо, дорогой! Я рада, что пришлось по душе.
 
Обозреватель: Пришлось, да, Марина. Как и все ваши стихи и проза. Спасибо вам. И в завершение нашей программы я приглашаю на эту сцену Volcha со стихотворением «Резьба по коже (на турнир)»:
 
                              Листая
 
                              Истреплет вяз исписанное тело:
                              «Ромео плюс...», все это не ново,
                              Любовники с ножами, эко дело,
                              Резьба по коже тоже баловство.
                              И охи, и мольбы, и обещанья 
                              Из года в год один на всех конец:
                              Листов опавших грустное шуршанье
                              И надпись безыскусный брат-близнец.
                              Клонированный простенький сценарий,
                              Наборы одинаковых речей,
                              Все тот же каждой ночью планетарий
                              И те же воздыханья на плече.
                              Устал, видать, Господь в небесных кущах
                              Писать по сотне пьес не в день, а в час,
                              Отнял на время разум у живущих
                              И влил в сосуды страсти сгоряча.
 
Стрекоза: Какое... однако... Тань, ты молодец!
 
Автор: Точно молодец? Не путаешь?
 
Стрекоза: Неа! Неа — в смысле не путаю!
 
Муравей: Хорошо же протатуировала. Как говорил отец Браун, — итальяшки! Вы же знаете, как они любят поножовщину!..
 
Автор: Ой, итальяшки — это такие няшки...
 
Обозреватель: Не перестаю вами восхищаться, Таня. Такая вдумчивая, серьезная, уравновешенная в текстах своих произведений и, одновременно — легкая, простая, смешливая в обычной беседе. Может быть, в этом умении быть разным и заключается понятие — умный человек?.. Спасибо вам. На этом, уважаемые телечитатели, время нашего научно-развлекательного тележурнала «Больше слов» на канале «РешTV», посвященного обзору произведений, опубликованных на Решетории в сентябре, подошло к концу. Хочу поблагодарить всех авторов, любезно согласившихся придти к нам в студию, чтобы прочесть свои замечательные стихи, а также высказать свое почтение многоуважаемым экспертам за вдумчивое, добросовестное и непредвзятое отношение к рецензированию предложенных авторами произведений. Спасибо и вам, дорогие телечитатели, за то, что вы все то время, пока шла наша программа, оставались с нами и не переключались на другие телеканалы. Спасибо за любовь к Решетории и ее авторам.
 
В заключение, напоминаю вам, что редакция нашего тележурнала и достопочтимые эксперты, в лице Стрекозы Музовны Вдохновенной и Муравья Муравьедовича Скептикова, чье мнение, как вы уже знаете — бесспорно, учредили три премии, присуждаемых ежемесячно авторам Решетории в виде оригинальных книг.
 
Две премии вручаются лично Стрекозой Музовной и Муравьем Муравьедовичем тем авторам, чьи произведения произвели на них наиболее сильное впечатление — непосредственно в этой студии, по окончании очередного, ежемесячного выхода в прямом эфире нашей программы. Третья же премия вручается исключительно по итогам коммент-голосования авторов и телечитателей. Голосование считается открытым с момента публикации печатной версии тележурнала и заканчивается 27-го числа того же месяца, в 17:00 мск. Номинированными на премию считаются все без исключения (!) произведения, опубликованные в текущем обзоре. Произведение-победитель определяется простым большинством отданных за него голосов.Голосование считается состоявшимся при — в общей сложности — не менее семи проголосовавших. Согласно последнему нововведению, предложенному Тамилой и одобренному редакцией телеканала, каждый голосующий может отметить до 30% из предложенных в Обзоре произведений, что в данном, конкретном месяце соответствует 10-ти произведениям.
 
А сейчас, уважаемые авторы и телечитатели, по сложившейся у нас традиции, пока эксперты решают, кому из представленных номинантов они вручат свои призы-книги, я прочту вам стихотворение из рубрики «Золотой фонд Решетории»... Sentyabrina«Волчье»:
 
                              Небеса
 
                              Вопила так, что глохли небеса!
                              Металась так, что камни рассыпались!
                              И цепенели в ужасе леса,
                              когда от боли кровью наливались
                              глаза волчицы, раненой тобой,
                              тобой, стрелявшим хитростью и ложью.
                              Ты поспешил прочесть «за упокой...»!
                              А сучий вой вернулся карой божьей
                              за всех тобой пристреленных волчиц,
                              за то дитя, что выросло в сиротстве!
                              Душа мишень? Юдоль реванш и блиц?
                              Да только фальшь фиаско в благородстве!
 
                              Стрелял в упор, забыв, что приручил,
                              что волчья верность дар, Богов проклятье!
                              Пришел твой час! Теперь и ты... кричи,
                              скули и вой, зажав в руке распятье!
                              Волчица ныне вышла на тропу...
                              Дрожит земля от рыка... «мене, мене...»
                              Роняет гордость алую крупу...
                              Не клык, а смерть в кроваво-липкой пене!
                              И тленом дар! И сколько не проси,
                              хоть все молитвы мира всуе вспомни,
                              хоть оды пой и Бога возноси,
                              ты не уйдешь до гроба от погони!
 
                              След в след по строкам битому стеклу,
                              бок о бок тенью, между сном и явью,
                              пусть в пятом крайнем, бесовом углу,
                              пусть шалою и проклятою тварью... 
                              волчицею с разодранной ноздрей,
                              с открытою, зализанною раной,
                              которая меж небом и землей
                              металась так, что рассыпался камень!
                              Которая, спасаясь от обид,
                              в себе тебя до муки изживала,
                              в агонии спускалася в Аид,
                              и поняла, что видела НАЧАЛО!
 
                              Начало той безудержной тоски,
                              что выла сукой-болью... «мене, мене...»,
                              когда беда у гробовой доски
                              вопила, щерясь, мыслью об измене.
                              Когда, гонима сворой диких псов,
                              на жернова твоих обманов кладень,
                              вгрызалась с ревом в чаши от весов,
                              чтоб уравнять
                              ............«любовь»  «могильный камень»
                              Эх ты, юдоль!
                              ...............................Давай, еще ударь!
                              Приманка, ложь, и далее по схеме...
                              Три пули в сердце. Не волчица, тварь!
                              Агония... Проклятье... «мене… мене...»
 
Спасибо автору за стихотворение. А мы подводим итоги. Итак, Стрекоза Музовна, вы определились, кому из авторов вы хотели бы вручить премию от своего имени?
 
Стрекоза: Да, Володя, я определилась. Очень сложно было сделать выбор — почти все представленные в этом Обзоре стихи пришлись мне по душе. Крайне сложно, крайне... Но, тем не менее... — книгу Алексея Ремизова «Сторона небывалая» получает Kinokefal за «Долго ль ворону коситься...».
 
                              Ремизов Сторона небывалая
 
Обозреватель:Редакция телеканала «РешTV» от всей души поздравляет Игоря с этим памятным подарком.
 
У замечательного русского писателя, чародея слова Алексея Михайловича Ремизова (1877–1957) при жизни вышло восемьдесят три книги. И более половины из них — сказки. Это, по его определению, «слово русского народа, сказанное мною». В настоящем сборнике представлены произведения, которые не публиковались в изданных у нас за последние годы книгах писателя, включая недавно вышедшее десятитомное собрание его сочинений. В оформлении обложки и самой книги использованы иллюстрации автора, любезно предоставленные издательству частным коллекционером Ренэ Гера (Франция).
 
Стрекоза: Игорь, поздравляем тебя! И, конечно же, с нетерпением ждем новых работ! А знаете что, Володя... Я тоже хочу сделать, как и вы во время чтений, одно небольшое исключение... Эксперт я, в конце концов, или кто?! Я решила подарить книгу еще одному автору, уж больно понравился мне ее стих. Итак… — книгу «Сказки и легенды пушкинских мест» получает автор OsedlavMechtu за стихотворение «Носильщик и облако».
 
                              Сказки и легенды пушкинских мест
 
Обозреватель: Прекрасно, Стрекоза Музовна! Редакция телеканала «РешTV» также от всей души поздравляет Аню с этим замечательным подарком.
 
Публикуемые в книге тексты представляют собой фольклорные записи сказок и легенд, сделанные в 1927–1928 гг. крупным филологом, исследователем русского языка и его говоров, членом-корреспондентом АН СССР Василием Ильичем Чернышевым (1867–1949) в районах с. Михайловского, с. Б. Болдина и в Бежаницком районе (близ с. Михайловского). Из 102 записанных собирателем сказок в издании воспроизведено 84 текста. В. И. Чернышев не успел закончить подготовку всех текстов, и работа была завершена Н. П. Гринковой и Н. Т. Панченко. Собирая сказки Пушкинских мест, исследователь видел свою основную задачу в сборе материалов, имеющих ближайшее отношение к сказкам А. С. Пушкина.
 
Стрекоза: Поздравляю, Аня! Вы — молодец!
 
Обозреватель: Муравей Муравьедович, а каков же ваш выбор?
 
Муравей:Я хочу подарить авторский сборник Ирины Одоевцевой «На берегах Невы. На берегах Сены» автору Helmi за «Ennentalvie».
 
                              Одоевцева На берегах Невы. На берегах Сены
 
Обозреватель: Редакция «РешTV» искренне поздравляет Елену и надеется, что сборник Ирины Одоевцевой придется ей по душе и послужит дополнительным стимулом к созданию новых замечательных стихотворений.
 
Ирина Одоевцева — любимая ученица Николая Гумилева. Яркий человек, поэтесса и писательница. Но прежде всего — одна из лучших мемуаристок первой волны русской эмиграции, истинная свидетельница эпохи, под легким и острым пером которой буквально оживают великие поэты и прозаики Серебряного века. В книгу вошла прославленная мемуарная дилогия Ирины Одоевцевой. «На берегах Невы» — первая книга легендарных воспоминаний, посвященная жизни литературного, музыкального и художественного Петрограда в страшный, переломный, трагический период Октябрьского переворота и послереволюционных лет. «На берегах Сены» — вторая книга воспоминаний, в которой писательница рассказывает о жизни «русского Парижа», о встречах с И. Буниным, И. Северянином, К. Бальмонтом, 3. Гиппиус, Д. Мережковским и со многими другими в годы, когда на берегах Сены писались золотые страницы истории искусства Русского зарубежья. В предисловии к книге И. В. Одоевцева писала: «Я пишу эти воспоминания с тайной надеждой, что вы, мои читатели, полюбите как живых тех, о ком я вспоминаю. Полюбите их, воскресите их в своей памяти и в сердцах. И тем самым подарите им бессмертие».
 
Муравей: Лена, поздравляю! Очень хороший стих.
 
Обозреватель:Дорогие телечитатели, вот и истекло время очередного выпуска тележурнала «Больше слов» на канале «РешTV», посвященного краткому обзору произведений первого, самого красивого месяца осени — сентября. Мы прощаемся с вами всего лишь на месяц. И я напоминаю, что с этого момента открыто голосование по выбору произведения-призера на основе авторских и читательских симпатий. Творческих успехов вам! Будьте здоровы! До новых встреч!
 
 
титры: любое совпадение реплик обозревателя и экспертов с репликами авторов Решетории, а именно: Volcha, Katrin, LunnayaZhelch, Sarah, tamika25, ole, KsanaVasilenko, vvm, PerGYNT, mysha, Pro, MitinVladimir, Kinokefal, gamayun, OsedlavMechtu, AlexG, Shimaim, ierene, LarissaMaiber, natasha, MashaNe, Ptenchik, Helmi, aerozol, Ash, IrkanKlayd, NEOTMIRA, pesnya, Bastet, Rosa, Baas, Cherry, nata, SukinKot, Libelle, white-snow, ChurA, smehach, baracud — не случайно.
 
 

 

Автор: Владимир МИТИН («Решетория»)


← ПредыдущаяСледующая →

28.10.2013
Внимание! Говорит и показывает «РешTV»... Выпуск — сентябрь 2013. Итоги

01.09.2013
Лето. Решетория. Стихи

Читайте в этом же разделе:
01.09.2013 Лето. Решетория. Стихи
26.06.2013 Внимание! Говорит и показывает «РешTV»... Выпуск — май 2013. Часть вторая
26.06.2013 Внимание! Говорит и показывает «РешTV»... Выпуск — май 2013. Часть первая
05.05.2013 Внимание! Говорит и показывает «РешTV»... Выпуск — апрель 2013
22.04.2013 Внимание! Говорит и показывает «РешTV»… Выпуск — март 2013

К списку


Комментарии

06.10.2013 06:35 | tamika25

Хороший обзор. Спасибо!

06.10.2013 08:50 | )

Какие книги!!!
И обзор впечатляет - грандиозный - 30 произведений, 39 авторов - сколько же обозревателю перечитывать удаётся

06.10.2013 12:49 | тим

(голосом скрупулезного нумеролога) Ну, если быть совсем точным, то в Обзоре представлено 35-ть текстов 34-х авторов и использованы реплики 39-ти авторов Решетории.))

06.10.2013 13:23 | MitinVladimir

Поздравляю Игоря, Аню и Лену!:)

И напоминаю, что голосование открыто. Каждый голосующий может отметить до 10-ти произведений.

06.10.2013 14:23 | pesnya

)) повторюсь : обзорище! титанический труд!)

06.10.2013 14:56 | Katrin

Сколько же сюда времени, сил и эмоций вложено. Нет, не представляю даже...
Стрекоза и Муравей в черно-белом формате такие забавные)

Игоря, Аню и Лену - поздравляю!!!

06.10.2013 16:08 | OsedlavMechtu

Ооооооо, какой прекрасный обзор! Сколько внимательности, работы, заботы! Оооооо! )))) чудесно!

и книжки славные!! Я бы все их себе хотела (правда, Одоевцеву мне как раз подарили на день рождения уже). Но я заранее завидую тому, кто будет читать ее впервые. ;))

Спасибо вам за душевную тонкость! Поздравляю Игоря и Лену.

И, кончено, я очень довольна книгой сказок, тем более, что связь косвенная со стихотворением есть!

Спасибо-спасибо!!!!!

06.10.2013 19:13 | Katrin

Я вот наконец-то спокойно перечитала. И только сейчас уловила взаимосвязь между текстами. Если читать всё подряд, внимательно, не отвлекаясь и вникая в каждый стих - пробирает так, что мало не покажется...
Не знаю, это так задумано или случайно вышло, но получилось... очень...

06.10.2013 22:35 | Helmi

Оченное спасибо). И за поздравления и за книгу.
Володя Митин самый Митинский режиссер,обозреватель и щедрая душа решетории. Просто меценат и толкатель в одно место авторов решетории - чтобы вдохновлялись.Будем -ляться вдохно-венно.

07.10.2013 23:14 | Baas

Владимир, респект!

08.10.2013 00:54 | ole

Поздравляю избранных)

Володя, спасибо за хороший обзор.
Ведущие стали менее говорливы, и это хорошо.

Боюсь представить, сколько сил и времени занял обзор. Респектище.)

09.10.2013 00:34 | tamika25

Так, похвалили, а кто голосовать будет?
Иван Федорович Крузенштерн?
Ваще обленились...

09.10.2013 00:56 | tamika25

Придется мне начинать...

1. vvm. Трельяж
2. white-snow. Поговори со мной
3. Katrin. Поезд в прошлое
4. Shimaim. Страна глухих
5. Cherry. Уходя — возвращайся
6. ChurA. *** (на турнир)
7. wilt. Полустанок
8. Pro. Время вышло
9. Rosa. Полшага до...
10. Sentyabrina. Волчье

09.10.2013 07:03 | MitinVladimir

Воз-таки сдвинулся...:) Спасибо, Тамила!

09.10.2013 07:08 | MitinVladimir

Хочу обратить ваше внимание на всю серьезность нонешнего голосования, ибо:

07.07.2013 17:55 | marko
Я, кстати, предлагаю... начиная с сентябрьского обзора уже баннер вешать - афтар месятца. Местечко только подберем.

09.10.2013 07:15 | MitinVladimir

Мой списочег (мУка это, я вам скажу; первоначально список состоял из 23-х текстов):

Katrin. «Поезд в прошлое»
Sarah. «Стих»
SukinKot. «Все-таки эти кошки...»
baracud. «Листья шуршат по асфальту…»
IrkanKlayd. «Mnemesida»
ole. «Сестра (на турнир)»
wilt. «Полустанок»
Baas. «Не слишком ли тепло для октября»
Volcha. «Резьба по коже (на турнир)»
Sentyabrina. «Волчье»

09.10.2013 11:51 | ри

Всё. Теперь я здесь ооочень долго не появлюсь. Разве что в конце ноября, чтобы за кого-нибудь проголосовать. Такое чувство, что меня просто использовали и выкинули. Мне теперь всё равно, кто будет победителем месяца или еще как.
Да, хвалить у нас все горазды - палец в рот не клади. А двигать дальше - Тамила придет и сдвинет? А фигушки теперь. Есть руководитель проекта, есть те, кто восторгается. А я приду и проголосую в самом конце.
Проект хороший, интересный, но пока без меня. Пошла остывать. (уходит с чувством досады)

09.10.2013 15:03 | тим

Тамил, что случилось? Я не понимаю уже ни-че-го. . . Кто тебя использовал? Как? Кто тебя выкинул? Куда? Я только поблагодарил тебя за то, что ты первая откликнулась и сдвинула с мертвой точки голование. Я продолжил его вслед за тобой. Что опять я сделал не так? Я не знаю, за что мне нужно перед тобой извиняться, но, если хочешь - я извиняюсь!

09.10.2013 16:21 | ри

Не надо извиняться. Просто в следующий раз я не хочу быть первой и двигать воз. Меня возмутило то, что все дружно восхитились и также дружно удалились. Вспомни, сколько человек в прошлый раз проголосовали? Надо хотя бы в общалках объявить. И, думаю, не раз, а раза два-три с промежутками.Теперь всё.

09.10.2013 16:59 | тим

Ясно. Только, на мой взгляд, свобода выбора распространяется еще и на свободу времени выбора. Тебе захотелось проголосовать вчера заполночь, мне - сегодня с утра пораньше (хотел еще позавчера, но возникли некоторые осложнения, связанные с проектом), кому-то захочется - послезавтра в обед. Я не стану ни на кого давить, Тамил. До 27-го числа - еще 2,5 недели. Разве это мало? Еще много воды утечет. Мы все - взрослые люди, со своим лимитом времени и желанием сделать то-то тогда-то и тогда-то. Более того, даже, если не наберется нужного количества голосов вовсе - это тоже не беда, это будет означать только лишь одно - люди не сочли возможным проголосовать, или - не захотели. Я не имею права их осуждать за это. Это их решение. И это тоже - свобода. Тамил, поверь мне, всё это уж точно не стоит твоих нервов и переживаний! Спасибо тебе за неравнодушие! Всё будет хорошо!)

09.10.2013 18:06 | ри

Ладно. Все свободны. И я тоже.
Если всем будет всё равно, то и мне тоже.
Вот, к сожалению, еще не научилась относиться наплевательски. Надо когда-то начинать
Да, всё хорошо, Тим. Щелчок по носу принят. Инициатива наказуема, как же я забыла-то

09.10.2013 18:58 | тим

Тамил, я не знаю, что у тебя случилось. И я не знаю - могу ли я тебе чем-то помочь. Это, возможно - что-то частное. Если захочешь - обсудим.
Что касается проекта. . . Я хожу в *общалки* только в случае овертайма, ищу неравнодушных. А в рабочем порядке - обхожу не *общалки*, а странички авторов, либо пишу им в личку. Многие откликаются, многие отвечают недвусмысленно, некоторые (в том числе, и шефствующие над родственными проектами) - просто отмалчиваются. Повторюсь, это - нормально!

09.10.2013 19:20 | tamika25

Ладно. Нормально, так нормально. Как скажешь.

09.10.2013 19:39 | white-snow

Прекрасный Обзор, спасибо огромное.

Особо понравились стихи:

smehach 16 раз»

baracud «Листья шуршат по асфальту…»

ole «Сестра (на турнир)

ole «м.3197»

Helmi «Ennentalvie»

10.10.2013 08:32 | ole

Похоже, здесь пронёсся небольшой тайфун с нежным именем Тамила. )

утро, хмарь. на будильнике восемь.
сон кончается гаснущим титром.
это осень, мой друг, это осень,
и она меня победила.
:)

вот мой список самых:

white-snow. Поговори со мной
SukinKot. Все-таки эти кошки…
Cherry. Уходя — возвращайся
smehach. 16 раз
baracud. Листья шуршат по асфальту…
ChurA. *** (на турнир)
IrkanKlayd. Mnemesida
wilt. Полустанок
Helmi. Ennentalvie

10.10.2013 13:31 | тим

Ох что-то мне подсказываид - обдумать надо ещё всё очень хорошо по поводу баннера, обсудить всё как следываид. . . Сдается мне, и Валера такого же мнения!?

10.10.2013 13:39 | тим

Сообсчаю - *Ирина Одоевцева* на полпути к Хельми, *Сказки и легенды пушкинских мест* двадцать минут назад передадены, ко всеобщему удовольствию, в надежные руки Ани Маркиной, с Игорем имеется предварительная договоренность о встрече. Всё хорошо!)

Четыре голоса, Дамы и Господа!)

10.10.2013 19:57 | Katrin

Моё:

Shimaim Страна глухих
SukinKot Всё-таки эти кошки...
IrkanKlayd Mnemesida
tamika25 Оригами
Baas Не слишком ли тепло для октября
Volcha Резьба по коже (на турнир)
Sentyabrina Волчье

11.10.2013 01:01 | OsedlavMechtu

Да-да-да, я теперь счастливый обладатель суровых сказок пушк. мест )) у меня просто челюсть отпадает при чтении )) ну оч классные моменты попадаются!)

11.10.2013 01:09 | Bastet

Helmi «Ennentalvie»
IrkanKlayd. Mnemesida
Baas Не слишком ли тепло для октября
white-snow. Поговори со мной
smehach. 16 раз
Sarah. «Стих»
Rosa. Полшага до...
SukinKot Всё-таки эти кошки...
wilt. «Полустанок»
Volcha Резьба по коже (на турнир)

Обозревателю Владимиру спасибо за проделанную работу:)


11.10.2013 23:37 | SukinKot

Списочек.

Baas «Не слишком ли тепло для октября»:
Helmi «Ennentalvie»:
Katrin «Поезд в прошлое»:
Kinokefal «Долго ль ворону коситься...»:
natasha. «Пришелец»:
ole «Сестра (на турнир):
OsedlavMechtu «Носильщик и облако»:
Sarah. «Стих»
white-snow «Поговори со мной»:
wilt «Полустанок»

13.10.2013 00:32 | Baas

natasha. «Пришелец»
Sarah. «Стих»
SukinKot. «Все-таки эти кошки...»
baracud. «Листья шуршат по асфальту…»
wilt. «Полустанок Helmi «Ennentalvie»
Volcha. «Резьба по коже»
ole "Сестра"
smehach. " 16 раз"

13.10.2013 07:05 | gamayun

грандиозно!!! это ж сколько текстов надо перелопатить!)))

13.10.2013 10:46 | Volcha

М-да, тайфуны добрались и до наших мест…
Володя, спасибо, что зашёл на страничку, я просто не видела, что вышел обзор – работа засосала. И благодарю за него – потрачено много времени и твоих сил на его составление. Меценатство в наше время – редкое и прекрасное явление. Знаешь, подобный поступок – взять на себя ответственность за доброе дело, делать его, несмотря ни на что, сделать подарки кому-то – это стоит многих и многих правильных слов. Это настоящая Любовь. Спасибо тебе за неё. Меня лично ты делаешь мягче и добрее этими поступками. Становится светлее – не всё потеряно в этом мире. Пусть тебе это добро аукнется добром и любовью окружающих.

13.10.2013 11:05 | Volcha

Выбор слооооожно делать... хочется минимум половину стихов отметить))

ладно, после долгих раздумий...

Sentyabrina. «Волчье»
OsedlavMechtu. «Носильщик и облако»
Helmi. «Ennentalvie»
Kinokefal. «Долго ль ворону коситься...»
baracud. «Листья шуршат по асфальту…»
gamayun. «Не сезон»
оle. «Сестра (на турнир)»
wilt. «Полустанок»
Pro. «Время вышло»
Sarah. «Стих»

13.10.2013 23:11 | LarissaMaiber

Libelle «С нуля»
Sentyabrina «Волчье»
gamayun «Не сезон»
tamika25 "Оригами"
wilt «Полустанок»
Pro «Время вышло»
AlexG «Неинтересно»
white-snow «Поговори со мной»
NEOTMIRA «Душа»
оle «м.3197»

13.10.2013 23:53 | Helmi

Baas «Не слишком ли тепло для октября»
Katrin «Поезд в прошлое»
Kinokefal «Долго ль ворону коситься...
ole «Сестра (на турнир)
Sarah. «Стих»
smehach. " 16 раз"
IrkanKlayd Mnemesida
ChurA. *** (на турнир)

14.10.2013 04:36 | Cherry

мегаколоссальный обзорище, слов просто нет, какой труд... Владимир, Вы меня просто потрясли.
список мой таков:
wilt. «Полустанок
SukinKot Всё-таки эти кошки...
ole «Сестра
Sarah. «Стих»
IrkanKlayd Mnemesida
Helmi. Ennentalvie
Pro «Время вышло»
MashaNe "Записки сумасшедшей"

14.10.2013 19:33 | MitinVladimir

Спасибо, землячка!:) Такие Обзоры выходят уже с марта месяца. Если будет желание и немного времени, то их можно глянуть в разделе "Обзоры".

Таня, Волча, пасиб тебе мерсибный на добром слове!:)

Спасибо всем проголосовавшим за неравнодушие!

14.10.2013 19:37 | MitinVladimir

Двенадцать голосов, Дамы и Господа!
Голосование продолжается до 27-го октября 17:00 мск.

14.10.2013 21:49 | marko

Katrin. Поезд в прошлое
OsedlavMechtu. Носильщик и облако
MashaNe. Записки сумасшедшей
Sarah. Стих
SukinKot. Все-таки эти кошки...
Cherry. Уходя - возвращайся
ole. м.3197
Helmi. Ennentalvie

14.10.2013 22:53 | Rosa

Я читаю и думаю

15.10.2013 16:34 | NEOTMIRA


ole «Сестра
Sarah. «Стих»
Helmi. "Ennentalvie"
Baas. «Не слишком ли тепло для октября»
OsedlavMechtu. Носильщик и облако
tamika25 "Оригами"
Shimaim "Страна глухих"
PerGYNT "Когда я умирал"
LarissaMaiber "Монолог с отцом"

Мне ТАК привиделось ...

17.10.2013 21:56 | Volcha

ещё куча времени для голосования

18.10.2013 06:36 | тим

Ну не такая уж и куча. . . До 27-го числа всего лишь.
Голосование, в любом случае, состоялось. Аффторы об нём оповещены. А там уж - насильно мил не будешь! Захочут - проголосят, не захочут - то в другой раз.)

18.10.2013 12:54 | NEOTMIRA

Недостаточек все ж один - пропустил Владимир сильного автора - Афину-Палладу ...

18.10.2013 13:26 | тим

Думаю, что недостатков в Обзоре, конечно, больше, чем один!
Что же касается автора Афина-Паллада, то два первых ее стихотворения (после двухлетнего перерыва) *Осенний вечер* и *Октябрь* были опубликованы аккурат в последний день сентября (30.09.2013) и теоретически могли бы, конечно, войти в данный обзор, но практически это сделать было никак невозможно! Обзор к этому времени уже был сверстан и находился в окончательной редакции перед публикацией. Иногда я возвращаюсь в свежем обзоре к двум-трем последним дням предыдущего месяца, если в этом есть резон. Например, в данном сентябрьском обзоре одно такое стихотворение из прошлого месяца (опубликовано 30 августа) существует.
Так что, всё под контролем!) Виталий, в любом случае - Вам спасибо! Действительно, кого-то могу по запарке и не разглядеть, и такие рекомендации, как Ваша, уж точно лишними не будут! . .

23.10.2013 19:35 | natasha

За
Владимир Монахова (vvm) «Трельяж»
Katrin «Поезд в прошлое»
OsedlavMechtu «Носильщик и облако»
Sarah «Стих»
Kinokefal «Долго ль ворону коситься...»
SukinKot «Все-таки эти кошки...»
smehach «16 раз»
ChurA. «*** (на турнир)»
ole «м.3197»
Bastet «Закатилось солнце за печаль-гору»
Helmi «Ennentalvie»:
Pro «Время вышло»:
Baas «Не слишком ли тепло для октября»

24.10.2013 01:23 | ierene


Baas «Не слишком ли тепло для октября»
Katrin «Поезд в прошлое»
OsedlavMechtu «Носильщик и облако»
wilt. «Полустанок»
ChurA. «*** (на турнир)»
NEOTMIRA «Душа»
Bastet «Закатилось солнце за печаль-гору»
Helmi «Ennentalvie»
Pro «Время вышло»
Sentyabrina. «Волчье»
+

24.10.2013 01:27 | ierene

+ещё три, как min

24.10.2013 07:40 | MitinVladimir

Ирэн, ещё три, как min, увы, не допускают правила.:)

24.10.2013 07:51 | MitinVladimir

Дамы и Господа, прошу обратить ваше внимание на условия голосования: "каждый голосующий может отметить до 30% из предложенных в Обзоре произведений, что в данном, конкретном месяце соответствует 10-ти произведениям"(с)

Наташа, вы по ошибке проголосовали за 13-ть произведений. Переголосуйте, пожалуйста, иначе, к сожалению, ваши голоса не могут быть учтены.

24.10.2013 10:52 | yaguapard

OsedlavMechtu. «Носильщик и облако»
Katrin. «Поезд в прошлое»
MashaNe. «Записки сумасшедшей»
Helmi. «Ennentalvie»
Sentyabrina. «Волчье»
Sarah. «Стих»
tamika25. «Оригами»
Bastet. «Закатилось солнце за печаль-гору»

24.10.2013 12:41 | natasha

Ладно, тогда так.
За
Владимир Монахова (vvm) «Трельяж»
OsedlavMechtu «Носильщик и облако»
Kinokefal «Долго ль ворону коситься...»
SukinKot «Все-таки эти кошки...»
smehach «16 раз»
ChurA. «*** (на турнир)»
ole «м.3197»
Bastet «Закатилось солнце за печаль-гору»
Pro «Время вышло»:
Baas «Не слишком ли тепло для октября»

24.10.2013 13:50 | MitinVladimir

Семнадцать проголосовавших.

24.10.2013 21:47 | Rosa

Katrin. Поезд в прошлое
OsedlavMechtu. «Носильщик и облако»
Pro «Время вышло»:
Baas «Не слишком ли тепло для октября»
ole ...в тот час, когда я родилась
Cherry.уходя - возвращайся
wilt.поустанок

25.10.2013 15:28 | хе

Володя, я получила сегодня книги. Это бесценный подарок. Тронута до остановки дыхания. Спасибо

25.10.2013 17:31 | тим

Мне приятно, Лена, правда!)

27.10.2013 17:06 | MitinVladimir

Восемнадцать проголосовавших. Спасибо всем!:)

27.10.2013 17:06 | MitinVladimir

Голосование закончено.

27.10.2013 22:34 | )

тебе спасибо )))

28.10.2013 06:48 | MitinVladimir

ИТОГИ ГОЛОСОВАНИЯ АВТОРОВ И ЧИТАТЕЛЕЙ ОБЗОРА:

ПОБЕДИТЕЛИ ПО ИТОГАМ ГОЛОСОВАНИЯ:

Helmi. «Ennen talvie»
(11: white-snow, ole, Bastet, SukinKot, Baas, Volcha, yaguapard, Cherry, marko, NEOTMIRA, ierene)

wilt. «Полустанок»
(11: tamika25, MitinVladimir, ole, Bastet, SukinKot, Baas, Volcha, LarissaMaiber, Cherry, ierene, Rosa)


СУПЕРФИНАЛИСТЫ:

Sarah. «Стих»
(10: MitinVladimir, Bastet, SukinKot, Baas, Volcha, yaguapard, Helmi, Cherry, marko, NEOTMIRA)

Baas. «Не слишком ли тепло для октября»
(9: MitinVladimir, Katrin, Bastet, SukinKot, Helmi, NEOTMIRA, ierene, natasha, Rosa)


ФИНАЛИСТЫ:

ole. «Сестра»
(8: MitinVladimir, white-snow, SukinKot, Baas, Volcha, Helmi, Cherry, NEOTMIRA)

SukinKot. «Все-таки эти кошки...»
(8: MitinVladimir, ole, Katrin, Bastet, Baas, Cherry, marko, natasha)

Katrin. «Поезд в прошлое»
(8: tamika25, MitinVladimir, SukinKot, Helmi, marko, ierene, yaguapard, Rosa)

OsedlavMechtu. «Носильщик и облако»
(8: SukinKot, Volcha, marko, NEOTMIRA, ierene, yaguapard, natasha, Rosa)

Sentyabrina. «Волчье»
(7: tamika25, MitinVladimir, Katrin, Volcha, LarissaMaiber, ierene, yaguapard)

Pro. «Время вышло»
(7: tamika25, Volcha, LarissaMaiber, Cherry, ierene, natasha, Rosa)

IrkanKlayd. «Mnemesida»
(6: MitinVladimir, ole, Katrin, Bastet, Helmi, Cherry)

smehach. «16 раз»
(6: white-snow, ole, Bastet, Baas, Helmi, natasha)

white-snow. «Поговори со мной»
(5: tamika25, ole, Bastet, SukinKot, LarissaMaiber)

ChurA. «*** (на турнир)»
(5: tamika25, ole, Helmi, ierene, natasha)

baracud. «Листья шуршат по асфальту…»
(5: MitinVladimir, white-snow, ole, Baas, Volcha)

Volcha. «Резьба по коже (на турнир)»
(4: MitinVladimir, Katrin, Bastet, Baas)

tamika25. «Оригами»
(4: Katrin, LarissaMaiber, NEOTMIRA, yaguapard)

Kinokefal. «Долго ль ворону коситься...»
(4: SukinKot, Volcha, Helmi, natasha)

ole. «м.3197»
(4: white-snow, LarissaMaiber, marko, natasha)

Cherry. «Уходя — возвращайся»
(4: tamika25, ole, marko, Rosa)

Bastet. «Закатилось солнце за печаль-гору»
(3: ierene, yaguapard, natasha)

MashaNe. «Записки сумасшедшей»
(3: Cherry, marko, yaguapard)

Shimaim. «Страна глухих»
(3: tamika25, Katrin, NEOTMIRA)

Rosa. «Полшага до...»
(2: tamika25, Bastet)

NEOTMIRA. «Душа»
(2: LarissaMaiber, ierene)

gamayun. «Не сезон»
(2: Volcha, LarissaMaiber)

natasha. «Пришелец»
(2: SukinKot, Baas)

vvm. «Трельяж»
(2: tamika25, natasha)

ole. «В тот час, когда я родилась»
(1: Rosa)

AlexG. «Неинтересно»
(1: LarissaMaiber)

LarissaMaiber. «Монолог с отцом»
(1: NEOTMIRA)

PerGYNT. «Когда я умирал»
(1: NEOTMIRA)

Libelle. «С нуля»
(1: LarissaMaiber)


Стихотворения «Ennen talvie» автора Helmi и «Полустанок» автора wilt по итогам голосования набрали одинаковое, максимальное количество голосов и поделили между собой первое место. Почетное второе место уверенно занимает «Стих» автора Sarah. На третьем призовом месте — Baas со стихотворением «Не слишком ли тепло для октября». Редакция телеканала «РешTV» от имени всех авторов и читателей Решетории поздравляет Лену, Виталия, Наташу и Владимира с победой и благодарит их за прекрасные стихи!

В ближайшее время редакция свяжется с победителями, чтобы уточнить возможность вручения им книг-призов.


Автор Helmi награждается сборником Беллы Ахмадулиной «Стихотворения и поэмы. Дневник».

Белла Ахмадулина — великий русский поэт, по слову Иосифа Бродского — «несомненная наследница лермонтовско-пастернаковской линии в русской поэзии» с присущим ее перу напряженным лиризмом, искренностью, неподдельностью лирического голоса, изысканностью форм. Творчество Б. Ахмадулиной, ставшее одним из самых ярких явлений русской литературы ХХ века, широко представлено как ранними стихотворениями, так и стихотворениями последних лет, рассказами и повестью-дневником «Нечаяние». Книга проиллюстрирована акварелями Бориса Мессерера.


Автор wilt награждается книгой Владимира Набокова «Трагедия господина Морна. Пьесы. Лекции о драме».

В настоящем издании впервые со всей возможной полнотой и текстологической точностью представлен корпус драматических произведений Владимира Набокова, написанных им в 1921-1942 гг. Впервые на русском языке издается драма «Человек из СССР», последнее из крупных русскоязычных произведений Набокова, до сих пор остававшееся недоступным русскому читателю. С выходом этой пьесы завершается многолетнее возвращение произведений писателя в Россию. Печатавшийся единственный раз в периодическом издании текст «Трагедии господина Морна» заново сверен с рукописью. Впервые публикуются переводы американских лекций Набокова об искусстве драмы. Издание сопровождается вступительной статьей и подробными примечаниями, в которых на основе архивных изысканий воссоздаются обстоятельства создания и постановки пьес Набокова.


Автору Sarah презентуются два сборника рассказов Фрэнсиса Скотта Фицджеральда: «Издержки хорошего воспитания» и «Новые мелодии печальных оркестров».

Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века — «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Хемингуэй писал о нем: «Его талант был таким естественным, как узор из пыльцы на крыльях бабочки». Его романы «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна» повлияли на формирование новой мировой литературной традиции ХХ столетия. Однако Фицджеральд также известен как автор блестящих рассказов — из которых на русский язык переводилась лишь небольшая часть. Издание данных книг призвано исправить это досадное упущение. Итак, впервые на русском — то смешные, то грустные, но неизменно блестящие истории от признанного мастера тонкого психологизма. И что немаловажно, русские тексты вышли из-под пера таких мастеров, как Людмила Брилова и Сергей Сухарев, чьи переводы Кадзуо Исигуро и Рэя Брэдбери, Чарльза Паллисера и Джона Краули, Томаса де Квинси, Олдоса Хаксли и многих других уже стали классическими.


Автор Baas награждается книгой Ивана Сергеевича Шмелева «Богомолье».

Книга И.С. Шмелева представляет читателю произведения, которые он сам считал в своем творчестве главными («лучшего не напишу»): автобиографические повествования «Лето Господне» (1933-1948) и «Богомолье» (1935-1948). Эти произведения явились вершиной позднего творчества Шмелева и принесли ему мировую известность. В книгу входят также рассказы (1932-1950), продолжающие тему «утраченной России» — основную тему эмигрантского периода творчества писателя.

28.10.2013 07:02 | MitinVladimir

Хельми, Виталию, Саре (иногда Наташе) и Владимиру - поздравления от всей души!:)

Оставить комментарий

Имя *:
E-mail:
Текст комментария *:
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту

Ристалище

Шорт-лист недели

Произведение недели

Стихотворение Зимы 2017/2018

Поэт Зимы 2017/2018

Автор года 2017

Произведение года 2017

Камертон