Писатель пишет не потому, что ему хочется сказать что-нибудь, а потому, что у него есть что сказать
(Фрэнсис Скотт Фицджеральд)
Книгосфера
29.11.2010
Рижка жжет сердца Голодомором
Роман Рижка издал в Париже очередное порождение своего пытливого творческого гения...
Французский журналист и писатель Роман Рижка издал в Париже очередное порождение своего пытливого творческого гения — фантастический роман так называемом Голодоморе с характерным названием «Нивы людоедов», о чем со ссылкой на Украинскую службу Би-би-си сообщает информационная колонка .
Роман стал второй частью трилогии о событиях 1914–1950 годов на Украине, открывшейся романом «Семь поездов императрицы», хронологически охватывающим эпоху освободительных движений и гражданской войны. Действие нового произведения разворачивается в 1932–1933 годах. Уже написан и последний роман трилогии — как нетрудно догадаться, речь в нем пойдет о Второй мировой войне и Украинской повстанческой армии.
«Почему я выбрал местом действия Украину? Потому что моя жена — украинка, и ее семья сильно пострадала от Голодомора, — объясняет истоки своего замысла сам Раймон Кляринар, работающий под творческим псевдонимом Роман Рижка и узнавший о Голодоморе от родителей своей супруги. — Мать моего свекра была единственной в семье, кто выжил в 1933 году. Она потеряла родителей, двух братьев, сестру... Семья была раскулачена, а сама женщина не погибла лишь потому, что работала гувернанткой в семье советского милиционера».
Роман Рижка не сомневается в том, что семья советского милиционера в далекие тридцатые годы могла позволить себе завести гувернантку, и надеется убить своим творчеством двух зайцев сразу: растопить жгучим глаголом всеобщее безразличие французского общества к трагедии Голодомора, а заодно уравновесить активное московское отрицание формулировки событий 1933 года как геноцида. И роман, то есть художественная проза, удобен для достижения этих целей как никакой другой литературный жанр: во-первых, сам автор считает его «хорошим и приятным» способом донести информацию об украинцах и украинской истории до размягченного демократией сознания французов; во-вторых, роман объективно допускает возможности преподносить историю в фантастической форме.
Раймон Кляринар занимает должность заместителя главного редактора французского еженедельника «Courrier international», на страницах которого нередко публикуются посвященные теме Голодомора переводные материалы из украинской и российской прессы. Сам он не сомневается в факте геноцида украинцев, имевшего место в начале тридцатых.
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.
Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни
Сторожа и собаки, - идешь, никого не заметишь.
Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.
Далеко в шалаше голоса - не поймешь, не ответишь.
После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,
Как ресницы на окнах опущены темные шторы.
Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,
Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.
Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,
Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;
В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот
Золотых десятин благородные, ржавые грядки.
Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,
Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.
Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-
Не Елена - другая, - как долго она вышивала?
Золотое руно, где же ты, золотое руно?
Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,
И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,
Одиссей возвратился, пространством и временем полный.
11 августа 1917, Алушта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.