В Новосибирске состоялась презентация нового романа Геннадия Прашкевича...
Во вторник 13 июля в Новосибирске состоялась презентация нового романа Геннадия Прашкевича «Теория прогресса», вышедшего в московском издательстве «Текст». Об этом сообщает информационная служба .
По словам автора, новое произведение носит исключительно автобиографический характер и является переработанной версией более раннего романа «Апрель жизни», вышедшего в 1987 году в сильно отредактированной цензурой версии. Основное действие книги приходится на середину XX века, когда ее главный герой — будущий писатель Леонид Осянин — был запутавшимся в жизни старшеклассником провинциальной школы. Он решает измениться и каждый день делать какое-то доброе дело, так он придумывает «Теорию прогресса». Прашкевич подчеркнул: «Весь роман построен на том, что, к сожалению, эта теория почему-то не проходит в жизни».
Новосибирский фантаст Геннадий Мартович Прашкевич родился в 1941 году в селе Пировское Красноярского края, в 11 лет переехал с родителями на станцию Тайга. Окончил Томский университет с дипломом геолога, живет в новосибирском Академгородке. В жанре научной фантастики написал такие книги, как «Такое долгое возвращение» (1968), «Разворованное чудо» (1978), «Фальшивый подвиг» (1990), «Великий Краббен» (2002). Большую популярность приобрел его цикл «Записки промышленного шпиона» (1992), «Шпион против алхимиков» (1994). Является членом Союза писателей России, русского PEN-клуба и Нью-Йоркского клуба русских писателей.
Зверинец коммунальный вымер.
Но в семь утра на кухню в бигуди
Выходит тетя Женя и Владимир
Иванович с русалкой на груди.
Почесывая рыжие подмышки,
Вития замороченной жене
Отцеживает свысока излишки
Премудрости газетной. В стороне
Спросонья чистит мелкую картошку
Океанолог Эрик Ажажа -
Он только из Борнео.
Понемножку
Многоголосый гомон этажа
Восходит к поднебесью, чтобы через
Лет двадцать разродиться наконец,
Заполонить мне музыкою череп
И сердце озадачить.
Мой отец,
Железом завалив полкоридора,
Мне чинит двухколесный в том углу,
Где тримушки рассеянного Тёра
Шуршали всю ангину. На полу -
Ключи, колеса, гайки. Это было,
Поэтому мне мило даже мыло
С налипшим волосом...
У нас всего
В избытке: фальши, сплетен, древесины,
Разлуки, канцтоваров. Много хуже
Со счастьем, вроде проще апельсина,
Ан нет его. Есть мненье, что его
Нет вообще, ах, вот оно в чем дело.
Давай живи, смотри не умирай.
Распахнут настежь том прекрасной прозы,
Вовеки не написанной тобой.
Толпою придорожные березы
Бегут и опрокинутой толпой
Стремглав уходят в зеркало вагона.
С утра в ушах стоит галдеж ворон.
С локомотивом мокрая ворона
Тягается, и головной вагон
Теряется в неведомых пределах.
Дожить до оглавления, до белых
Мух осени. В начале букваря
Отец бежит вдоль изгороди сада
Вслед за велосипедом, чтобы чадо
Не сверзилось на гравий пустыря.
Сдается мне, я старюсь. Попугаев
И без меня хватает. Стыдно мне
Мусолить малолетство, пусть Катаев,
Засахаренный в старческой слюне,
Сюсюкает. Дались мне эти черти
С ободранных обоев или слизни
На дачном частоколе, но гудит
Там, за спиной, такая пропасть смерти,
Которая посередине жизни
Уже в глаза внимательно глядит.
1981
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.