Поэтический турнир


Текущие бонусы в кнопках






Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
15 июля 2018 г.

У того кто ничего не делает, всегда много помощников

(Лев Толстой)

Наши именинники


Мнения

13.12.2008

Три стиха для Марины

Еще ничего не зная о стихах, но уже отгородившись от мира новокаиновой блокадой рифм, я повсюду таскала за собой чужое гениальное одиночество

Еще ничего не зная о стихах, но уже отгородившись от мира новокаиновой блокадой рифм, я повсюду таскала за собой чужое гениальное одиночество в 240 страниц, автором которого была Марина Цветаева. Немного позднее, катаясь на хромом трамвае из одного конца города в другой и листая многотомники, я наткнулась на несколько стихотворений, удививших меня . Все они были посвящены Марине Ивановне.


БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Все началось далекою порой,
в младенчестве, в его начальном классе,
с игры в многозначительную роль: -
быть Мусею, любимой меньше Аси.

Бегом, в Тарусе, босиком, в росе,
без промаха - непоправимо мимо,
чтоб стать любимой менее, чем все,
чем все, что в этом мире не любимо.

Да и за что любить ее, кому?
Полюбит ли мышиный сброд умишек
то чудище, несущее во тьму
всеведенья уродливый излишек?

И тот изящный звездочет искусств
и счетовод безумств витиеватых
не зря не любит излученье уст,
пока еще ни в чем не виноватых.

Мила ль ему незваная звезда,
чей голосок, нечаянно, могучий,
его освобождает от труда
старательно содеянных созвучий?

В приют ее - меж грязью и меж льдом!
Но в граде чернокаменном, голодном,
что делать с этим неуместным лбом?
Где быть ему, как не на месте лобном?

Добывшая двугорбием ума
тоску и непомерность превосходства,
она насквозь минует терема
всемирного бездомья и сиротства.

Любая милосердная сестра
жестокосердно примирится с горем,
с избытком рокового мастерства -
во что бы то ни стало быть изгоем.

Ты перед ней не виноват, Берлин!
Ты гнал ее, как принято, как надо,
но мрак твоих обоев и белил
еще не ад, а лишь предместье ада.

Не обессудь, божественный Париж,
с надменностью ты целовал ей руки,
он все же был лишь захолустьем крыш,
провинцией ее державной муки.

                          

Хвала и предпочтение молвы
Елабуге, пред прочею землею.
Кунсткамерное чудо головы
изловлено и схвачено петлею.

Всего-то было горло и рука,
в пути меж ними станет звук строкою,
все тот же труд меж горлом и рукою,
и смертный час - не больше, чем строка.

Но ждать так долго! Отгибая прядь,
поглядывать зрачком - красна ль рябина,
и целый август вытерпеть? О, впрямь
ты - сильное чудовище, Марина.
(Белла Ахмадулина)
Это стихотворение буквально выгрызло во мне дыру недоумения, которая требовала мифов, сплетен, писем, мемуаров. Дыру, которая не давала спокойно жить и задавала бесконечные вопросы: Зачем? Почему именно она? Кого и чего не хватило, чтобы спастись? Вопросы, на которые у меня до сих пор нет ответов.


 
мне так же трудно до сих пор
Вообразить тебя умершей, 
Как скопидомкой мильонершей 
Средь голодающих сестер. 

Что сделать мне тебе в угоду? 
Дай как-нибудь об этом весть. 
В молчаньи твоего ухода 
Упрек невысказанный есть. 

Всегда загадочны утраты. 
В бесплодных розысках в ответ 
Я мучаюсь без результата: 
У смерти очертаний нет. 

Тут все — полуслова и тени, 
Обмолвки и самообман, 
И только верой в воскресенье 
Какой-то указатель дан. 

Зима — как пышные поминки: 
Наружу выйти из жилья, 
Прибавить к сумеркам коринки, 
Облить вином — вот и кутья. 

Пред домом яблоня в сугробе. 
И город в снежной пелене — 
Твое огромное надгробье, 
Как целый год казалось мне. 

Лицом повернутая к Богу, 
Ты тянешься к нему с земли, 
Как в дни, когда тебе итога 
Еще на ней не подвели. 

Автор этих великолепных строк писал жене в эвакуацию:
«Вчера ночью Федин сказал мне, будто с собой покончила Марина. Я не хочу верить этому. Она где-то поблизости от вас, в Чистополе или Елабуге. Узнай, пожалуйста, и напиши мне...Позаботься тогда о её мальчике, узнай, где он и что с ним. Какая вина на мне, если это так! Это никогда не простится мне.»
Марина Цветаева и Борис Пастернак были москвичами, ровесниками из профессорских семей. Их отцы приехали в Москву из провинции и собственными силами добились успеха и общественного положения. Матери обоих были одаренными пианистками из плеяды учеников Антона Рубинштейна. В отроческих впечатлениях Пастернака и Цветаевой можно также найти известную схожесть. Так, частые поездки в Германию семейства Цветаевых (1904—1906) вполне сопоставимы с поездкой Пастернаков в Берлин (1906) и особенно летним семестром в Марбургском университете (1912) молодого Бориса Пастернака — неизгладимое воспоминание его юности.
Цветаева и Пастернак познакомились в послереволюционой Москве, но это было поверхностное, включающее 2-3 встречи на поэтических вечерах, знакомство. Настоящее открытие поэтами друг друга произошло летом 1922 года, когда Борис Леонидович написал в Берлин восторженное письмо по поводу новой книги стихов М.И. «Версты» .
С этого года начинается известная переписка Марины и Пастернака , длившаяся 13 лет, переписка, которую принято называть романом в письмах, и которая ни в коем случае таковым не являлась, поскольку роман предполагает взаимность чувств. Для Бориса Леонидовича общение с Цветаевой было дружбой с равным по силе поэтом. Для Марины Ивановны переписка с Пастернаком долгое время была смыслом жизни:
«Борис, все эти годы живу с Вами, с Вашей душой, как Вы — с той карточкой. Вы мой воздух и мой вечный возврат к себе (постель). Иногда Вы во мне стихаете: когда я стихаю в себе.»
«Я не скажу, как Вы мне необходимы. Вы в моей жизни необходны, куда бы я не думала, фонарь сам встанет. Я выколдую фонарь.»
«Когда я думаю о своем смертном часе, я всегда думаю: кого? Чью руку? И -только твою! ...Я хочу твоего слова , Борис, на ту жизнь.»
К сожалению, Марина Ивановна ушла из этого мира той дорогой, на которой не бывает провожатых. Впрочем, главная просьба Цветаевой не осталась без ответа:
«Обо мне, Борис, когда помру, напиши не реквием, гимн/оду на рождение.»
Пускай не гимн, не оду написал Пастернак в память о Марине. Но и не реквием. Просто.Красивую.Музыку.


 
Поздний ответ
Белорученька моя, чернокнижница...

Невидимка, двойник, пересмешник,
Что ты прячешься в черных кустах,
То забьешься в дырявый скворечник,
То мелькнешь на погибших крестах,
То кричишь из Маринкиной башни:
"Я сегодня вернулась домой.
Полюбуйтесь, родимые пашни,
Что за это случилось со мной.
Поглотила любимых пучина,
И разрушен родительский дом".
Мы с тобою сегодня, Марина,
По столице полночной идем,
А за нами таких миллионы,
И безмолвнее шествия нет,
А вокруг погребальные звоны,
Да московские дикие стоны
Вьюги, наш заметающей след.


 
Ахмтова привлекла пристальное внимание Марины Ивановны еще в предреволюционной Москве. Они не встречались до 1941 года, до того самого двухдневного свидания, во время которого Цветаева подарила Анне Андреевне переписанную от руки «Поэму Воздуха», перечитав которую, Ахматова резюмировала:» Марина ушла в заумь.» Впрочем, сама Цветаева тоже была разочарована . »А Вы, оказывается, самая обыкновенная женщина», - сказала она, прощаясь.
Но пока, в 1921году, Марина Ивановна посвящала Ахматовой стихи и писала восторженные письма:
«Ах, как я Вас люблю, и как я Вам радуюсь, и как мне больно за Вас, и высоко от Вас!...Мне так жалко, что все это только слова -любовь- я так не могу, я бы хотела настоящего костра, на котором бы меня сожгли.»
«Я понимаю каждое Ваше слово: весь полет, всю тяжесть.»
«Вы мой самый любимый поэт.»
Развернутой переписки не получилось — от Ахматовой веяло прохладой, и она, ссылаясь на свою «аграфию», отвечала краткими записками и надписями на книгах. Однако, когда осенью 1939 года Анна Андреевна узнала об аресте мужа и дочери Цветаевой, с Мариной её сблизило собственное горе — арест сына, Льва Гумилева. К тому времени уже была написана большая часть «Реквиема», а 16 марта из дома на Фонтанке появляются стихи «Поздний ответ», в которых — признание единой с Цветаевой поэтической и женской судьбы.
И все же, при внешней схожести обстоятельств, линии жизни обоих, сойдясь в одной точке, оставили совершенно непохожие рисунки. Там, где одна выжила несмотря ни на что, другая — сломалась.
В эвакуации, приехав в Чистополь из забытой Богом и людьми Елабуги просить прописки и работы, Марина Цветаева встретила Лидию Чуковскую и они отправились на поиски комнаты. И где-то на набережной Камы, приостанавливаясь, Лидия Корнеевна сказала: «Одному я рада. Ахматова сейчас не в Чистополе. Надеюсь, ей выпала другая карта. Здесь она непременно погибла бы. Она ведь ничего не умеет, ровно ничего не может.»
  • А вы думаете, я — могу? - ответила Марина...
Через несколько дней Цветаева повесится. Если верить рассказам, то — на той самой веревке, которую перед отъездом принес Пастернак для того, чтобы связать чемоданы.
Через несколько месяцев Ахматова приедет в Чистополь. Она переживет Вторую Мировую, гражданскую смерть от Ждановского постановления, Хрущевскую оттепель, дождется мирового признания. У её гроба будет плакать Бродский, будущий нобелевский лауреат, «типичные полтора кота» - по выражению Анны Андреевны.
Место захоронения Цветаевой неизвестно.................................................................................


 


 


 


 


 


 


 


 

Автор: Сара Зельцер


← ПредыдущаяСледующая →

15.12.2008
Наши желания и небесные светила

09.12.2008
О жизни и смерти. Подборка по поводу

Читайте в этом же разделе:
09.12.2008 О жизни и смерти. Подборка по поводу
29.11.2008 Изврати рекламу !
06.10.2008 Опять о корректности
23.09.2008 О корректности и корректуре
12.09.2008 Несколько слов о «современной поэзии»

К списку


Комментарии

13.12.2008 14:18 | эльфа

очень хорошая статья. я часто думала как, должно быть, страдала Цветаева от нелюбви тех, к кому тянулась. ведь такая разница в отношениях на самом деле причиняет большую боль. по себе знаю, несмотря на то что Цветаева великий поэт, а я обыкновенная женщина, чувства похожи. я, чтобы спастись, замкнулась в себе и только так могу себя чувствовать нормально, а она, видимо, до конца не смогла.

13.12.2008 14:30 | бедуинко

я - тоже
увы

13.12.2008 16:03 | песня

бедуинко моя славная.

13.12.2008 18:59 | ;)

зельцер похоже на холодец, но холодцы не могут писать такие проникновенно-удивительные статьи... печалюсь
бедуинко, необходимо срочно замуж - для смены фамилии или хотя бы псевдоним взять надо бы...

13.12.2008 20:09 | борис

есть еще одно,запоздалое. писалось, как-будто бы, с 1943 по 1948год:

Хмуро тянется день непогожий.
Безутешно струятся ручьи
По крыльцу перед дверью прихожей
И в открытые окна мои...

Ах, Марина, давно уже время,
Да и труд не такой уж ахти,
Твой заброшенный прах в реквиеме
Из Елабуги перенести.

Торжество твоего переноса
Я задумывал в прошлом году
Над снегами пустынного плеса,
Где зимуют баркасы во льду.

13.12.2008 22:05 | SukinKot

Спасибо за стихи, Сарк. Статья замечательная.

13.12.2008 23:32 | Сарко

спасибо Сереж, но я зрю одне недостатки
ради Тани печатала

14.12.2008 00:11 | SukinKot

Это нормально: когда долго работаешь над текстом, то всегда зришь одни недостатки :)

14.12.2008 00:14 | Sarah

для бориса:
есть еще и не одно
просто те, которые я привела, как бы сами напросились:)

14.12.2008 09:59 | Арунка

йех....

14.12.2008 12:11 | эльфа

Наташ, но статья-то все равно хорошая. Кое-что тут для меня оказалось новым. Возможно, ты считаешь недостатком своё же восприятие мира - типа, у других лучше изложено или что-то глобальное/новое рассказано. Но это не так. Ты рассказала о трагедии человека, не дав никаких выводов, но так, что всем понятно, что осталось "за кадром". Для этого нужен и талант, и мастерство. Спасибо, что придумала об этом написать и опубликовала. Мне вот в голову такое даже не приходило - так что ты сказала и за меня :)

14.12.2008 18:00 | Sarah

а я все думаю: если бы у Марины был ЖЖ, все закончилось не так бы?

14.12.2008 20:58 | думаю

наверняка иначе

14.12.2008 23:00 | marko

Мне кажется, если б у Марины был ЖЖ, она б не состоялась.

15.12.2008 00:15 | case

цветающее величество

15.12.2008 09:49 | эльфа

это, видимо предостережение нам, грешным, чтоб не увлекались виртом, а вместо этого стихописали :)
не, состоялась бы. и не изменилось бы в принципе ничего. даже имей она ЖЖ - у Марины все в жизни происходило от независимости ума и огромного таланта. ее бы скорей везде банили именно за ум и независимость. Цветаевой не сами читатели были нужны и не обычные люди, а равные ей - а равные ее не любили. с какого перепугу ее любили бы сейчас? времена разные, на первый погляд, но человек-то тот же самый, и остальные теми же самыми в принципе остались.

16.12.2008 00:09 | ole

кому-то Марина казалась сильной..

16.12.2008 16:04 | Sarah

в этом парадокс и заключается: сильные уходят, слабые выживают

16.12.2008 22:41 | парадокс

сильные оказываются слабым звеном

Оставить комментарий

Имя *:
E-mail:
Текст комментария *:
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту

Ристалище

Произведение недели

Стихотворение Зимы 2017/2018

Поэт Зимы 2017/2018

Автор года 2017

Произведение года 2017

Камертон