В Москве ушел из жизни 79-летний патриарх отечественной фантастики Владимир Михайлов...
В Москве ушел из жизни 79-летний патриарх отечественной фантастики Владимир Михайлов.
«В нашей среде большое горе, ушел из жизни один из старейших наших авторов, и самое главное, что он в своем возрасте сохранил и огромную любовь к фантастике, и активно работал, непрерывно писал, — цитирует телеканал “Культура” слова фантаста Сергея Лукьяненко. — Буквально два-три месяца назад мы обсуждали юбилейный сборник Михайлова, который планировался к его 80-летию, обсуждали несколько проектов сборников, в которых он собирался принять участие... Это был прекрасный, очень интеллигентный человек, он был одним из наших патриархов и сохранял удивительную дружелюбность по отношению к молодым авторам».
Михайлов дебютировал в фантастической прозе в 1962 году, когда в журнале «Искатель» была опубликована его повесть «Особая необходимость». А созданный позже роман «Дверь с той стороны» вывел его число ведущих авторов советской научной фантастики. Известен также как поэт и переводчик. Среди других его книг — романы «Люди Приземелья», «Люди и корабли», «Черные журавли», «Ручей на Япете», «Исток», «Дверь с той стороны», «Сторож брату моему», «Тогда придите, и рассудим», «Властелин», «Ночь черного хрусталя», «Восточный конвой», «Посольский десант», «Приют ветеранов», «Заблудившийся во сне», «Вариант “И”». Он руководил Рижским семинаром молодых фантастов, был одним из руководителей Малеевского семинара. Входил в состав Литературного жюри премии «Странник» и сам был лауреатом этой премии в категории «Паладин фантастики». Был лауреатом премий «Аэлита» и «Соцкон». Входил в Творческий совет журнала фантастики «Если».
Из пасти льва
струя не журчит и не слышно рыка.
Гиацинты цветут. Ни свистка, ни крика,
никаких голосов. Неподвижна листва.
И чужда обстановка сия для столь грозного лика,
и нова.
Пересохли уста,
и гортань проржавела: металл не вечен.
Просто кем-нибудь наглухо кран заверчен,
хоронящийся в кущах, в конце хвоста,
и крапива опутала вентиль. Спускается вечер;
из куста
сонм теней
выбегает к фонтану, как львы из чащи.
Окружают сородича, спящего в центре чаши,
перепрыгнув барьер, начинают носиться в ней,
лижут морду и лапы вождя своего. И, чем чаще,
тем темней
грозный облик. И вот
наконец он сливается с ними и резко
оживает и прыгает вниз. И все общество резво
убегает во тьму. Небосвод
прячет звезды за тучу, и мыслящий трезво
назовет
похищенье вождя -
так как первые капли блестят на скамейке -
назовет похищенье вождя приближеньем дождя.
Дождь спускает на землю косые линейки,
строя в воздухе сеть или клетку для львиной семейки
без узла и гвоздя.
Теплый
дождь
моросит.
Как и льву, им гортань
не остудишь.
Ты не будешь любим и забыт не будешь.
И тебя в поздний час из земли воскресит,
если чудищем был ты, компания чудищ.
Разгласит
твой побег
дождь и снег.
И, не склонный к простуде,
все равно ты вернешься в сей мир на ночлег.
Ибо нет одиночества больше, чем память о чуде.
Так в тюрьму возвращаются в ней побывавшие люди
и голубки - в ковчег.
1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.