Если всё будет так, как тебе хочется, то жить станет неинтересно
(Харуки Мураками)
Мейнстрим
28.08.2008
Русская литература обратилась ко злу
В Нови Саде открылся III Международный фестиваль современной литературы…
В Нови Саде открылся III Международный фестиваль современной литературы, сообщает . Открытие фестиваля проходило на маленькой Площади молодоженов, под 50-метровой Аркой счастья, которая стала символом фестиваля.
Трио — виолончель, флейт и скрипка — исполняло английскую музыку. Звучали стихи по-немецки, по-голландски, по-болгарски, по-словенски, по-английски и по-русски, в переводе на сербский. Хорватских и боснийских поэтов не было. Впрочем, в Загребе и Сараево существуют литературные фестивали с большим стажем существования, чем новисадский. Он проводится третий год под патронажем сербского Министерства культуры и секретариата культуры автономной области Воеводина и вписывается в обстановку дружелюбного малоэтажного Нови Сада примерно так, как вписывался бы уличный театральный фестиваль. Поэты выходят к публике, освещенные театральными софитами, около двухсот человек слушают их, сидя в креслах. Но есть еще и прохожие, и посетители окрестных кафе, которые пьют вино и кофе без отрыва от поэтического шоу, которое длится два часа. И так будет всю неделю.
А днем международную компанию литераторов ожидают специальные события. Например, церемония награждения молодого поэта в муниципалитете города Сребски Карловцы. С одной стороны, это церемония официальная, поскольку в ней участвует мэр города, а обстановка напоминает отремонтированное советское учреждение, с другой — весьма неформальная, поскольку звучит авангардная музыка местного молодого композитора.
Нельзя не сказать о русском вкладе в фестиваль. Круглый стол назывался «Русская литература и зло». Основной тезис его ведущей — критика и переводицы Дракене Ромодански — сводился к тому, что современная русская литература, включая Пелевина, Сорокина, Акунина и Толстую, сдала свои былые гуманитарные позиции, заражена цинизмом и работает на территории гламура, что совершенно неприемлемо для сербского читателя, который по-прежнему ожидает от русских постановки больших вопросов и решения главных проблем современности. Реакция сербской публики старшего поколения была такой же. А молодые литераторы показывали осведомленность в трудах Батая и де Сада. Так что, перефразируя Виктора Пелевина, можно сказать, что македонская критика французской мысли и отношение ко злу в современной русской литературе отличается у читающих сербов по возрастному принципу.
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.