Наша земная жизнь похожа на поездку по железной дороге. Едешь быстро и не видишь ни того, что впереди, ни — главное — локомотива
(Винсент ван Гог)
Книгосфера
05.10.2008
Без хвоста и зада
Грузинский писатель Заза Бурчуладзе выпустил свою вторую в этом году книгу на русском языке...
Грузинский писатель Заза Бурчуладзе выпустил свою вторую в этом году книгу на русском языке. Книга напечатана московским издательством «Ad Marginem» и называется «Растворимый Кафка».
Обозреватель поэт Елена Фанайлова прокомментировала это событие следующим образом: «На фоне российско-грузинского конфликта выход второй за полгода книги Зазы Бурчуладзе выглядит дерзким культурным жестом и вызывает нездоровый интерес, почти так же, как отмена концертов Вахтанга Кикабидзе или, наоборот, участие Нино Катмадзе в антивоенном концерте группы ДДТ. Но это издание — обычная политика “Ad Marginem”, пропагандистов не только современной грузинской и украинской, но и литературы европейских постсоветских стран. Заза Бурчуладзе, по внешнему поведенческому рисунку тихий тридцатилетний интеллектуал, предпочитающий в Москве говорить по-английски, у себя на родине — модный писатель. Он создает первоклассную прозу европейского образца с ехидными интонациями, с кафкианскими сюжетами, с хорошим знанием нравов тбилисской богемы и грузинского характера. Без национального пафоса Бурчуладзе пишет, например, так: “Неужто же вы не убеждены, самобытные мои, что грузин все свои труды и дни употребляет на то, чтобы обрести хоть какой-нибудь кров, дабы было где преклонить свой хвост, а обретя, тотчас замечает, что последний, хвост, а вместе с ним и зад его, к прискорбию, истерлись, улетучились, но, невзирая на это, все же под кровом хорохорится, ерепенится, хоть уже совсем без хвоста и без зада”. Те, кто слышали это в авторском исполнении по-грузински, утверждают, что звучит невероятно красиво».
Хотелось бы поесть борща
и что-то сделать сообща:
пойти на улицу с плакатом,
напиться, подписать протест,
уехать прочь из этих мест
и дверью хлопнуть. Да куда там.
Не то что держат взаперти,
а просто некуда идти:
в кино ремонт, а в бане были.
На перекресток – обонять
бензин, болтаться, обгонять
толпу, себя, автомобили.
Фонарь трясется на столбе,
двоит, троит друзей в толпе:
тот – лирик в форме заявлений,
тот – мастер петь обиняком,
а тот – гуляет бедняком,
подъяв кулак, что твой Евгений.
Родимых улиц шумный крест
венчают храмы этих мест.
Два – в память воинских событий.
Что моряков, что пушкарей,
чугунных пушек, якорей,
мечей, цепей, кровопролитий!
А третий, главный, храм, увы,
златой лишился головы,
зато одет в гранитный китель.
Там в окнах никогда не спят,
и тех, кто нынче там распят,
не посещает небожитель.
"Голым-гола ночная мгла".
Толпа к собору притекла,
и ночь, с востока начиная,
задергала колокола,
и от своих свечей зажгла
сердца мистерия ночная.
Дохлебан борщ, а каша не
доедена, но уж кашне
мать поправляет на подростке.
Свистит мильтон. Звонит звонарь.
Но главное – шумит словарь,
словарь шумит на перекрестке.
душа крест человек чело
век вещь пространство ничего
сад воздух время море рыба
чернила пыль пол потолок
бумага мышь мысль мотылек
снег мрамор дерево спасибо
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Грузинский писатель Заза Бурчуладзе выпустил свою вторую в этом году книгу на русском языке. Книга напечатана московским издательством «Ad Marginem» и называется «Растворимый Кафка». 
