|
|
Сегодня
10 августа 2026 г.
|
Тот, кто живет в стеклянном доме, не должен бы бросаться камнями в других (Роберт Стивенсон)
Проза
Все произведения Избранное - Серебро Избранное - ЗолотоК списку произведений
Наследство | В однокомнатной квартире на пятом этаже безликой хрущовки, расположенной к тому же в районе, как бы это помягче сказать, весьма далекого от того, чтобы назваться престижным, никто не проживал почти год. Эти апартаменты, если можно так выразиться, достались Семену неожиданно по наследству, и долгое время он не мог определиться, что ему делать с ними, а говоря без обиняков, у него попросту до них не доходили руки – всякий раз, когда он вспоминал о своей нечаянной недвижимости, находились какие-то дела куда более важные.
Неизвестно, как бы в конце концов сложилась судьба неказистой однушки, не случись непредвиденно у Семена настолько серьезные денежные затруднения, что снимать квартиру в историческом центре города оказалось ему не по карману, так что негаданное имущество теперь пришлось как нельзя более кстати.
Первое посещение унаследованных хором вызвало бы у многих, окажись они на его месте, состояние близкое к безнадежной унылости, но Семен не привык и в куда худших ситуациях опускать руки и на этот раз долго раздумывать не стал, засучил рукава и принялся за дело, да так рьяно, что через какие-нибудь две недели старенькая хрущевка выглядела вполне приемлемой для жилья. Само собой, не первой свежести, но такой, что и гостей, не всех, конечно, а некоторых, самых близких из друзей, принять в ней не стыдно.
Вот тут и начались в квартире странности, с которыми до этого времени ему не приходилось сталкиваться. Всё началось с необъяснимых постукиваний. Причем возникали они неизменно в комнате, когда сам он находился в кухне, или наоборот, он был в комнате, а звуки явственно доносились из кухни.
Сами по себе эти перестукивания никакой неприятности или угрозы не представляли. Неприятнее всего оказался тот факт, что ничтожные на первый взгляд эти случаи никак не поддавались сколь-нибудь убедительному объяснению, хотя и возникло предположение, что похожие на разного рода стуки могла производить почтенного возраста мебель при смене дневной и ночной температуры.
Днем эти малообъяснимые феномены особой озабоченности не вызывали, но вот ночью, когда по непонятным причинам он стал просыпаться по нескольку раз, они являлись причиной появлению тревожного чувства, словно вдруг он оказывался в незнакомом ему доселе мире, существующим по каким-то своим абсолютно неизвестным Семену законам. Со временем к этому прибавилось непреодолимое ощущение, будто за ним кто-то пристально наблюдает исподтишка, а однажды и вовсе случилось нечто несуразное.
Проснулся он в одну из таких ночей точно от какого-нибудь толчка и видит под потолком гном не гном, карлик не карлик, голова косматая и борода окладистая. Уставился этот тип на него не мигая и ни гу-гу. О таком происшествии ни с кем п поделиться-то нельзя было – засмеют, да еще пальцем себя по виску постукают, мол, совсем человек слетел с катушек.
Тут уж нашла коса на камень: человек, откровенно неглупый, с высшим образованием не в силах справиться с какой-то, ни дать ни взять, махровой чертовщиной. «Не бывать такому компоту, - ожесточенно решил Семен, - чтобы какие-то маловразумительные страхи взяли надо мной верх».
Что-что, а упрямства ему было не занимать. Однако в силу обстоятельности своего характера, прежде чем окончательно сделать вывод, какие поступки помогут ему избавиться от возникших ни с того ни с сего всякого рода абсурдных наваждений, он счел нужным без излишней спешки изучить со всей серьезностью, прямо скажем, не лезущею ни в какие ворота, образовавшуюся ситуацию. Словом, предпочел вначале вникнуть в нежданную проблему вместо того, чтобы с ходу бороться с ней.
Где и узнать что к чему современному человеку, если не в интернете. Побродил Семен по разным сайтам, преимущественно по тем, на которых рассматривались подробности собственных действий при возникновении разного толка глюков, и мало-помалу, несмотря на весь привитый ему еще с детства атеизм, стал приходить к выводу, что иначе, как на происки домового, приключившиеся с ним прецеденты списать больше не на кого.
Тем не менее, твердо в своей догадке уверен он не был и поэтому попытался поделился своими соображениями с приятелем, знакомым ему еще со школьной скамьи, но то ли товарищ не пожелал озадачиваться его заморочками, то ли слишком уж далек он был от всяких таинственных феноменов, только в ответ он лишь пожал плечами и сказал как отрезал, что лично он ни в какую такую чепуху не имеет ни малейшего желания верить и всему, если, конечно, как следует подумать найдется объяснение без привлечения к этому происков каких-то эфемерных сущностей и, вообще, за время его работы в разных бизнес структурах никакие мифические персонажи ему ничем не помогли и не мешали, и, вообще, присутствия их в его жизни он как-то не замечал, так что до сих пор привык полагаться на собственный ум и силу своего характера.
Семен спорить с ним не стал, чтобы окончательно не прослыть в своем кругу раньше срока впавшим в маразм человеком. Однако в один прекрасный вечер, не особо искренне подсмеиваясь над собой, он все-таки оставил, как это делали наши не очень-то продвинутые в научном понимании этого слова предки, с ночи в кухне угощение мифическому существу: блюдечко с молоком, кусочек свежего хлеба, печенье и даже шоколадную конфетку, сняв предварительно с нее разноцветную обертку.
Известная вещь, утром как все стояло, так и стоит, но данный факт ничуть не смутил Семена. А как иначе? Это ведь лишь неосведомленному человеку кажется, будто к еде никто не притронулся, а тем, кто задумал соприкоснуться со сверхъестественными силами, должно быть, как дважды два четыре, известно, что потусторонние сущности не материальной, а исключительно энергетической основой пищи лакомятся. Так что ни удивляться, ни тем более извериваться в своей попытке побаловать кое-кого из параллельного мира не стоит.
Выбрасывать те продукты Семен, конечно, не стал. Молоко он аккуратно перелил в пустую банку из-под рыбьих консервов для живущего сам по себе черного кота, которого от случая к случаю подкармливал кое-кто из жильцов дома, а хлеб, печенье и конфету он истолок в крошки и угостил ими дворовых голубей.
Как ни удивительно, но с этого дня мало-помалу количество всяких таинственных шорохов и перестуков в квартире в значительной мере поубавилось, а число необъяснимых с точки зрения здравого смысла событий и вовсе сошло на нет.
Одним словом, с того времени для всякой неожиданности у Семена находилась вполне убедительная причина без малейшей необходимости привлекать к объяснению случившегося какие-либо оккультные силы, и одновременно у него возникло такое чувство, будто в итоге, едва он входил в доставшуюся ему по наследству квартиру, он обретал гармонию с действительностью, но не с той, какая существует в некой объективной реальности, кто в ней только живет интересно бы знать, а той, которая в голове, да не у кого-то, а в его Семеновой. Пусть предрассудки, пусть фикция, но ведь как помогло, - таким вот образом укреплял он себя во мнении, что все произошедшее с ним вовсе не означает, будто он необратимо впал в религиозный маразм.
Что еще к этому прибавить? Финансовые затруднения у Семена понемногу канули в Лету, но съезжать из хрущевской однушки он не торопился. Мало того, время от времени даже задумывался, а не сотворить ли ему в ней капитальный ремонт, и, если что до поры до времени останавливало его, так это желание дождаться из вне какого-нибудь надлежащего знака. | |
Ваши комментарииЧтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться |
Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
 Авторизация |
|
