" Допустимые максимальные и минимальные отклонения от идеального значения". Анатолий Григорьевич, вы производственник, я правильно определяю, что такое система допусков?
- Правильно. Систем допусков огромное множество для любых конструкциях и в разных областях. Для конструкций это подразумевает размеры. Их значения могут быть в микронах, миллиметрах, где-то, возможно, в метрах и больше. Рамки допустимости должны быть везде.
- То, что выходит за эти границы, считается браком?
- Да.
- В таком случае рассчитанную программу жизни человека можно рассматривать как основной, то есть идеально рассчитаннный вариант, но с допустимыми отклонениями.
- Под каким необычным углом, Вадим Андреевич, вы представили программу жизни человека, его судьбу. Идеальный вариант со сто процентным результатом возможен, как абсолют для какой-то категории.
Это как, например, работа станочника - изготовенная деталь будет соответствовать указанным в чертеже размерам в милиллиметрах, но более точные измерения покажут отклонения в десятых, сотых, тысячных и так далее долях. Система допусков регламентирует те допустимые отклонения от идеального предлагаемого варианта, которые не скажутся негативно на качестве общей конструкции.
- Бог предоставляет человеку право выбора пути из вариантов, ведущих в его Иерархию, но никто не может видеть свою программу, чтобы знать заранее, за какой из дверей не будет болота, куда шагнуть, чтобы не споткнуться. Полагаться можно лишь на себя самого, и, пока ещё мало наработано знаний, качеств, не ошибаться невозможно.
- Основную нашу программу я понимаю как идеал - образец, соответствующий высшим требованиям, закон.
- Идеал и закон - ключевые определения, это образец, на который нужно ориентироваться, чтобы не выходить за допустимые рамки. Говорили же прежде - покривить душой - вроде как прогнуть в каком-то месте прямую своей линии жизни. Следовать законам, установленным Богом, это означает не совершать ошибок, прегрешений, за которые придётся расплачиваться - исправлять допущенный брак.
- Представляю себе что-то вроде рамки или вилки, которая движется вместе со мной по прямой линии моей программы. Могу сбиваться от прямой правильной дороги влево или вправо, но допускать выхода за границы рамки нельзя. При отклонении даже на самую минимальную величину от идеала, смысл абсолюта теряет своё значение, а пределы допустимого каждый устанавливает для себя сам.
- Как может показать себя человек в конфликте со случайным встречным? - Идите своей дорогой, я не хочу с вами ругаться. Да, пошёл ты. Идти ты на ..., в ... - с указанием не литературного адреса. Это тоже границы рамок, которыми мы себя ограничиваем.
- Аналогично с изготовлением деталей на станке. Ученик токаря, например, может уйти от размера на миллиметр, токарь с опытом - на десятые доли миллиметра, а мастер и в сотых долях будет точен. Но все укладывается в единые пределы допусков.
- Мастерство, профессионализм определяется необходимыми знаниями и практическим опытом работы в выбранном направлении деятельности, наработанным за какое-то время. Можно чему-то научиться, достичь хороших результатов и за одну жизнь, это в основном относится к физической деятельности человека. Выполнять каждую работу в любой сфере деятельности максимально качественно - только так можно достичь профессионализма, мастерства и наработать основное - стремление к достижению высшего результата.
Морально-нравственные качества, духовность продолжают свое формирование на протяжении всех воплощений души на Земле. Инструментов для их замеров не существует, но они должны соответствовать своим стандартам - Божественным законам. В процессе совершенствования личности рамки допусков как бы сужаются с каждой новой ступенью развития.
- Для нашего мира они достаточно широки - Бог позволяет человеку ошибаться, ввиду его низкой сознательности. Каков Уровень развития, такова и сознательность - здесь прямая зависимость.
- Сути, развивающиеся в Иерархии Бога - это высоко нравственные, высоко сознательные Личности в сравнении с человеком. Но и у них есть свои рамки допустимости - на нижних Уровнях, как для учеников токаря, если проводить аналогию с вашим производством, Анатолий Григорьевич, они будут больше чем у тех, кто поднялся выше. Сутям самых Высших Уровней рамки не нужны, они идут строго по прямой без колебаний, как канатоходцы по тросу.
Не сами границы стали тесней, а высочайший самоконтроль направляет их по безошибочному движению вперёд в совершенствовании. Законы вошли в их внутреннее содержание настолько, что превратились в управляющую основу, вопреки которой поступить они просто не могут.
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,
Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали: — Господь вас спаси! —
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.
Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,
Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.
Ты знаешь, наверное, все-таки Родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.
Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.
Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.
Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала: — Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.
«Мы вас подождем!» — говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!» — говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.
По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.
Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,
За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.
1941
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
