Решетория - Клуб творческих личностей. Mi-sama | Так бывает, когда вещь не твоя

Ваши комментарии

02.09.2010 22:34 Volcha

Миша, что за истерики? ты же на югах? )) получай удовольствие 8)

02.09.2010 22:41   Mi-sama  Это от жары, от того, что болею после моря, слишком много моря, да, от вот этой статьи: http://magazines.russ.ru/zvezda/2010/8/sm15.html
еще от того, что материальные цели вдруг как-то заслонили внутренние, духовные. Хорошо, что вот вспомнил))))

03.09.2010 00:19   Volcha  моря много не бывает... я мечтаю жить у моря...

03.09.2010 00:21   Mi-sama  бывает.

02.09.2010 23:12 KsanaVasilenko

Вот перо страусиное пышное-
Боа на жилистой шее богатой старухи,
А вот вам перья рябые,гусиные
Заточены ладно для слов остроухих)))

Ваше замечательное, искренне истеричное)))

02.09.2010 23:20 Mi-sama Спасибо))) За гусиные перья особливо!

04.09.2010 13:41 Lju

Это по-началу от вечности дурно... потом привыкаешь))
Хорошее стихо, вот бы те же мысли, но без внутренней "истерики":)

04.09.2010 19:07 Mi-sama То что?)))

04.09.2010 21:23 Lju что, что... да тот же конь получился бы, наверное, только в пальто:)Может, препинаки бы по-другому поставились... и строчки кое-где раздвинулись - стихо бы тогда иначе воспринималось... Ой... бред ведь пишу - стихо-то Ваше. И оно не виновато, что у мню при прочтении мысли в разные стороны разбежались... пришлось гоняться за ними))) Это потому, наверное, что мне нравится запах сгоревших спичек... воооот... и босиком чирикать не умею...)
В любом случае, пасиб, за стихо)

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Камертон

Иосиф Бродский. С видом на море

И. Н. Медведевой

Октябрь. Море поутру
лежит щекой на волнорезе.
Стручки акаций на ветру,
как дождь на кровельном железе,
чечетку выбивают. Луч
светила, вставшего из моря,
скорей пронзителен, чем жгуч;
его пронзительности вторя,
на весла севшие гребцы
глядят на снежные зубцы.

Покуда храбрая рука
Зюйд-Веста, о незримых пальцах,
расчесывает облака,
в агавах взрывчатых и пальмах
производя переполох,
свершивший туалет без мыла
пророк, застигнутый врасплох
при сотворении кумира,
свой первый кофе пьет уже
на набережной в неглиже.

III

Потом он прыгает, крестясь,
в прибой, но в схватке рукопашной
он терпит крах. Обзаведясь
в киоске прессою вчерашней,
он размещается в одном
из алюминиевых кресел;
гниют баркасы кверху дном,
дымит на горизонте крейсер,
и сохнут водоросли на
затылке плоском валуна.

Затем он покидает брег.
Он лезет в гору без усилий.
Он возвращается в ковчег
из олеандр и бугенвилей,
настолько сросшийся с горой,
что днище течь дает как будто,
когда сквозь заросли порой
внизу проглядывает бухта;
и стол стоит в ковчеге том,
давно покинутом скотом.

Перо. Чернильница. Жара.
И льнет линолеум к подошвам...
И речь бежит из-под пера
не о грядущем, но о прошлом;
затем что автор этих строк,
чьей проницательности беркут
мог позавидовать, пророк,
который нынче опровергнут,
утратив жажду прорицать,
на лире пробует бряцать.

Приехать к морю в несезон,
помимо матерьяльных выгод,
имеет тот еще резон,
что это - временный, но выход
за скобки года, из ворот
тюрьмы. Посмеиваясь криво,
пусть Время взяток не берЈт -
Пространство, друг, сребролюбиво!
Орел двугривенника прав,
четыре времени поправ!

VII

Здесь виноградники с холма
бегут темно-зеленым туком.
Хозяйки белые дома
здесь топят розоватым буком.
Петух вечерний голосит.
Крутя замедленное сальто,
луна разбиться не грозит
о гладь щербатую асфальта:
ее и тьму других светил
залив бы с легкостью вместил.

VIII

Когда так много позади
всего, в особенности - горя,
поддержки чьей-нибудь не жди,
сядь в поезд, высадись у моря.
Оно обширнее. Оно
и глубже. Это превосходство -
не слишком радостное. Но
уж если чувствовать сиротство,
то лучше в тех местах, чей вид
волнует, нежели язвит.

октябрь 1969, Коктебель