На закате у речки тихо.
Вечер вьется густой повиликой.
А за речкой просторы с гречихой
Облепили стрекозы бликов.
Солнце клонится к полю устало.
Солнце в нем будет сладко спать.
Что ромашка опять нагадала,
То со мной не случится опять.
Мое счастье досталось другому.
И осталась лишь только мне
Приголубленная истома
В стосковавшейся тишине.
Я иду из молчащего дома.
Счастье – горем обтесанный камень.
И оно обнимает другого
Неприветливыми руками.
Холодна среди поля дорога.
Позабыла оставленный след,
Прорисованный к темному логу,
Словно в небе черта от комет.
И предчувствуя звездную стаю,
От покрытого мраком излома
Я его провожаю и знаю,
Что теперь кто-то точно дома.
Из слез, дистиллированных зрачком,
гортань мне омывающих, наружу
не пущенных и там, под мозжечком,
образовавших ледяную лужу,
из ночи, перепачканной трубой,
превосходящей мужеский капризнак,
из крови, столь испорченной тобой,
- и тем верней - я создаю твой призрак,
и мне, как псу, не оторвать глаза
от перекрестка, где многоголосо
остервенело лают тормоза,
когда в толпу сбиваются колеса
троллейбусов, когда на красный свет
бежит твой призрак, страх перед которым
присущ скорее глохнущим моторам,
чем шоферам. И если это бред,
ночной мой бред, тогда - сожми виски.
Но тяжкий бред ночной непрерываем
будильником, грохочущим трамваем,
огромный город рвущим на куски,
как белый лист, где сказано "прощай".
Но уничтожив адрес на конверте,
ты входишь в дом, чьи комнаты лишай
забвения стрижет, и мысль о смерти
приюта ищет в меркнущем уме
на ощупь, как случайный обитатель
чужой квартиры пальцами во тьме
по стенам шарит в страхе выключатель.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
