Сыграй мне в стиле андеграунд.
Всё, кроме нас, спешит наверх.
Проигран? Выигран? – к черту – раунд!
В пустынной комнате лишь смех
Свечей в огрАненном стакане.
Ничто не будет решено:
Кому судьба, кому лишь грани.
Под скорченной свечой пшено.
И дождь прильнет осенней ранью.
И дождь, как от штормов тягун.
Сыграй, я знаю, есть за гранью,
Тяжелый рок изящных струн.
Сыграй еще. Мы все здесь глУхи.
Все существуем в кой-то мере.
Пусть струны полоснут по уху,
По мухе черной да по вере.
Сыграй, пока листва на вишни
Не стала лишь ненужной медью.
Пускай всё спит, сыграй чуть слышно,
Чтоб вдруг не разбудить соседей.
Сыграй совсем чужую песню
Иль что-то на свои стихи.
Да пусть соседи в стенку треснут.
Они до многого глухи.
Но только лишь не комфорта,
Который Цербером хранят.
Стучите все! Какого черта
Бараны в стену не стучат!
Как этот звук, не сможет ранить
Палач, предатель или лгун.
Сыграй, мне нужен здесь, за гранью,
Изящный рок тяжелых струн.
Я так хочу изобразить весну.
Окно открою
и воды плесну
на мутное стекло, на подоконник.
А впрочем, нет,
подробности — потом.
Я покажу сначала некий дом
и множество закрытых еще окон.
Потом из них я выберу одно
и покажу одно это окно,
но крупно,
так что вата между рам,
показанная тоже крупным планом,
подобна будет снегу
и горам,
что смутно проступают за туманом.
Но тут я на стекло плесну воды,
и женщина взойдет на подоконник,
и станет мокрой тряпкой мыть стекло,
и станет проступать за ним сама
и вся в нем,
как на снимке,
проявляться.
И станут в мокрой раме появляться
ее косынка
и ее лицо,
крутая грудь,
округлое бедро,
колени.
икры,
наконец, ведро
у голых ее ног засеребрится.
Но тут уж время рамам отвориться,
и стекла на мгновенье отразят
деревья, облака и дом напротив,
где тоже моет женщина окно.
И
тут мы вдруг увидим не одно,
а сотни раскрывающихся окон
и женских лиц,
и оголенных рук,
вершащих на стекле прощальный круг.
И мы увидим город чистых стекол.
Светлейший,
он высоких ждет гостей.
Он ждет прибытья гостьи высочайшей.
Он напряженно жаждет новостей,
благих вестей
и пиршественной влаги.
И мы увидим —
ветви еще наги,
но веточки,
в кувшин водружены,
стоят в окне,
как маленькие флаги
той дружеской высокой стороны.
И все это —
как замерший перрон,
где караул построился для встречи,
и трубы уже вскинуты на плечи,
и вот сейчас,
вот-вот уже,
вот-вот…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.