Будет Марыля плести рубахи,
Будет Марыля смеяться тонко,
Будут брехать под окном собаки,
Будут всё время будить ребёнка.
Будет Марыля ребёнка нянчить,
Петь ему песню про любых братцев,
Будет Марыля плести — иначе
Птицами могут они остаться.
Будут летать, опаляя крылья
Солнечным светом, чрезмерно ярким,
Будет рубахи плести Марыля,
Братцам пернатым вязать подарки.
Будет ребёнок надрывно плакать,
Будет мужчина суров и мрачен,
Будет месить сапогами слякоть,
Бога просить о простой удаче.
Всё будет так, я уверен, друже,
Если посмеешь в неё влюбиться,
Если ты станешь Марыле мужем,
Станешь, по сути, её убийцей,
Будет Марыля смеяться тонко,
Будет подарки готовить братьям —
Что ей какой-то там крик ребёнка,
Мужнины вяжущие объятия!..
Видишь, Марыля крапиву тянет,
Видишь, покоя она не знает —
Дети становятся лебедями:
Это нормально, пойми, родная,
Твой-то ребёнок пока в кроватке,
Мал он пока что летать, Марыля,
Знаешь, со времени взятки гладки —
Скоро он тоже расправит крылья.
Скоро он тоже взлетит на небо,
Грудью оперенной нараспашку,
Быть лебедёнком смешно, нелепо —
Так что плети для него рубашку.
Вечно плести — вся твоя забота,
Скучная, глупая и пустая.
Может, успеешь сплести до взлёта.
А не успеешь — пускай взлетает.
Долетит мой ковёр-самолёт
из заморских краев корабельных,
и отечества зад наперёд —
как накатит, аж слёзы на бельмах.
И, с таможней разделавшись враз,
рядом с девицей встану красавой:
— Всё как в песне сложилось у нас.
Песне Галича. Помнишь? Той самой.
Мать-Россия, кукушка, ку-ку!
Я очищен твоим снегопадом.
Шапки нету, но ключ по замку.
Вызывайте нарколога на дом!
Уж меня хоронили дружки,
но известно крещёному люду,
что игольные ушки узки,
а зоилу трудней, чем верблюду.
На-кась выкуси, всякая гнусь!
Я обветренным дядей бывалым
как ни в чём не бывало вернусь
и пройдусь по знакомым бульварам.
Вот Охотный бахвалится ряд,
вот скрипит и косится Каретный,
и не верит слезам, говорят,
ни на грош этот город конкретный.
Тот и царь, чьи коровы тучней.
Что сказать? Стало больше престижу.
Как бы этак назвать поточней,
но не грубо? — А так: НЕНАВИЖУ
загулявшее это хамьё,
эту псарню под вывеской «Ройял».
Так устроено сердце моё,
и не я моё сердце устроил.
Но ништо, проживём и при них,
как при Лёне, при Мише, при Грише.
И порукою — этот вот стих,
только что продиктованный свыше.
И ещё. Как наследный москвич
(гол мой зад, но античен мой перед),
клевету отвергаю: опричь
слёз она ничему и не верит.
Вот моя расписная слеза.
Это, знаешь, как зёрнышко риса.
Кто я был? Корабельная крыса.
Я вернулся. Прости меня за...
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
