Текущие бонусы в кнопках






Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
13 декабря 2018 г.

Истинного и сильного таланта не убьет суровость критики, так же как незначительного не подымет ее привет

(Виссарион Белинский)

Наши именинники


Наши легенды

Все произведения   Избранное - Серебро   Избранное - Золото

К списку произведений

Эпизоды из боевого пути лётчика-истребителя

(Очерк публикуется в сокращении)

О Дмитрии Андреевиче Калинине – девяносто четырёхлетнем краснодарце, ветеране Великой Отечественной войны, боевом лётчике-истребителе, я впервые узнал в год 70-летия Великой Победы от своего флотского друга-сослуживца Бориса Гуткина. Супруга Бориса Зоя – младшая дочь лётчика-героя. В дальнейшем она немало помогла мне в сборе материала для этого очерка. А увидел и познакомился я с Дмитрием Андреевичем, увы, в скорбный день похорон Бориса, едва перешагнувшего свой 60-летний юбилей и скоропостижно умершего от инсульта,.
- Я первую смерть человеческую помню с 4 лет, – говорил мне за поминальным столом уже на сороковины Бориса Дмитрий Андреевич – сухонький, но стройный, не согбенный недугами и временем. - Тогда умерла моя прабабка Ольга Корниловна в возрасте 105 лет, и запомнилось, как взрослые говорили в доме у ложа усопшей: «Подойди, Митя, подержись за ножку бабушки, она счастливая, долгую жизнь прожила, подержись - и ты тоже долго будешь жить».
За тем поминальным столом, слушая ветерана-долгожителя, я подсчитал, что если в год смерти его прабабки Ольги Корниловны, ему было четыре года, то родилась она ещё при жизни Пушкина и Лермонтова в 1821 году! То есть почти два столетия назад, и что в лице Дмитрия Андреевича и его родословной передо мной живая история нашей страны. Узнал я, что у Ольги Корниловны до революции квартировал Александр Шолохов – отец всемирно известного писателя Михаила Шолохова. Старший Шолохов был приказчиком у ростовского купца Морозова и заведовал в Каргине лавками. А плотник Андрей Калинин – отец Мити Калинина - подряжался на работу к приказчику Шолохову по плотницкой части, и, бывало, выстругивал для шустрого маленького Миши Шолохова, гонявшего хуторских кур, луки и арбалеты. Видел в дальнейшем земляка-писателя и его детей и Дмитрий Андреевич, но сегодня речь пойдёт лишь о боевом пути лётчика-истребителя.

Дмитрий Андреевич Калинин родился 28 мая 1922 года на Дону в хуторе Латышевский Вёшенского, ныне Боковского района Ростовкой области.
В 1938 году окончил 8 классов Каргинской средней школы и поступил в кулинарное училище города Шахты Ростовской области, работал в тресте ресторанов и столовых и одновременно учился в Шахтинском аэроклубе.
В марте 1941 года окончил училище поваром 6 класса и одновременно аэроклуб учлётом (учеником лётчика). В апреле был призван на воинскую службу и направлен на обучение в Краснодарскую высшую военную школу пилотов (КВВШП).
22 июня 1941 года на общем построении курсантов начальник школы полковник Иванов объявил о нападении гитлеровской Германии на СССР. После рассредоточения эскадрилий по Краснодарскому краю 1-я и 2-я эскадрильи школы базировались в станице Кореновской, где курсанты проходили лётное обучение на самолёте-истребителе И-16.
К Новому году 1942 году программу обучения на нём завершили, но госэкзамены не сдавали, так как пересели на бомбардировщики 2Б-3 и 2Б-4 и группе Калинина - 22 учлёта - пришлось, как и всем курсантам, помогать очищать полосу от снега и охранять самолёты.
Лишь в мае 1942-го, сдавшую зачёты группу направили в 23 запасный авиаполк под Иваново. В полку молодому лётчику Калинину довелось освоить иностранные самолёты «Харрикейн», «Китихаук» и самолёт «Р-39 Аэрокобра»…

1942-1943 гг. «Мой первый «сбитый» самолёт»

«Китихаук», - рассказывает Дмитрий Андреевич, - мы называли дамским самолётом - по первым двум слогам Кити. На «Китихаук» в феврале 43-го я завершил программу обучения. Самолёт памятен тем, что он меня чуть не лишил жизни, и позже я стал называть его своим первым сбитым – в кавычках – самолётом. А было так.
Этот самолёт американский - одноместный, просторный. В учебном полёте на нём я полетел в зону – это место пилотирования. Когда отпилотировал и начал садиться - чую, что в кабине запахло гарью. Я сделал круг, снизился. А дышать становится невозможно. Отодвинул «фонарь» – стеклянная крышка кабины, – захожу на второй разворот, на третий… На четвёртом развороте дым уже до слёз ест глаза. Выхожу на посадочную полосу – то есть развернулся заходить на посадочную полосу, но не довернул ещё градусов 30-40, и… не вижу полосы из-за дыма и слёз. Лишь на приборе высоты разглядел 300 футов – это 100-70 метров. Лихорадочно вспоминаю, чему учили в лётной школе, а именно: чтобы покинуть аварийный самолёт – сбросьте фонарь, переваливайтесь через борт кабины, рвите кольцо парашюта. Я так и сделал, но сто метров высоты – какой парашют! Я вывалился «за борт», дёрнул кольцо... Миг - и парашют раскрылся. Передо мной лишь мелькнул лес, и я оказался в снегу. Самолёт пролетел дальше и упал где-то в районе территории полка. Снег ожёг мне лицо, забил глаза и уши. Я пошевелился, поворочался. Вроде цел, нигде не болит. Тихо вокруг. Глаза уже промыла снежная водица. Парашют висит на дереве, а самолёта не вижу поблизости - ни пламени, ни чада. Первые мысли: «Надо собрать парашют». Я сдёргиваю его, начинаю сворачивать стропы. Слышу, на лесной дороге гудит что-то. Показался «Бобик», остановился напротив, шофёр и три солдата в нём.
- Ты жив там? – кричат. - Иди сюда!
- Не могу, - говорю, - надо парашют собрать.
Тогда подошли они, собрали парашют, бросили его в машину, меня посадили в неё и повезли на аэродром, что был в километре. И все на меня глядят, мол, счастливчик, жив остался. В полку ведь здорово переполошились: все слышали, что грохот был, что самолёт упал. Срочно машину послали к месту...
Командиру эскадрильи Новикову, у кого я учился и который руководил полётами, коротко рассказал, что произошло. Он был боевым лётчиком, после ранения стал комэской. Новиков выслушал, говорит:
- Садитесь в машину, езжайте к начальнику штаба, там всё ещё раз объясните.
В штабе меня дотошно расспросили: как горело, что горело?.. Я написал подробную объяснительную. Дело в том, что с «Китихаук» это был уже рецидив. Ранее летела группа этих самолётов в Иваново и один вот также неожиданно загорелся. Самолёт тогда пролетел над крышей ангара, упал и взорвался. Пилот погиб.
В общем, мне ещё повезло. А недостаток у этого комфортабельного самолёта был в том, что за спиной пилота располагался бак с горючим, а тормоза колёс работали на смеси спирта и глицерина….

…В августе 43-го после Курско-Белгородской операции на пополнение пришла 205 авиадивизия. Нас зачислили в её 238 и 508 авиаполки. 205 авиадивизия была сформирована в мае 1942 г. и действовала в составе 5-й Воздушной армии до июня 1944 г., и во 2-й Воздушной армии до конца войны на 2-ом и 1-ом Украинских фронтах.
Мы переучились пилотировать самолёт «Р-39Аэрокобра». Пополнившись этим самолётом, полки 205 дивизии получили задание поддерживать наземные войска при освобождении Левобережной Украины. Мы перелетели из Воронежа в район Харькова, а затем Полтавы, и с 10 октября 1943 года стали участвовать в боевых действиях.

Наш 508 полк выполнял задания по сопровождению бомбардировщиков ПС-2, которые бомбили станцию Александрия на Правобережье и Кировоград, где немцы скапливали войска и снабжение, чтобы не дать закрепиться им на правом берегу Днепра южнее Кременчуга. Там и началось моё участие в боях и началось очень неудачно. При бомбардировке станции Александрия завязался воздушный бой с мессершмиттами (Ме-109) и я потерял своего ведущего Василия Кобякина. Но вертелся в общей куче, даже пристраивался к Мессу – на какие-то минуты, но он со снижением ушёл на запад, и когда я оглянулся, то нашей группы уже не было: она отбомбилась и самолёты ушли домой – на Полтаву.
Кручусь, смотрю кругом, вдруг слышу:
- Маленький, прикрой! Я на курсе через Днепр!..
Вижу, надо мной метрах в трёхстах ПС-2 - он заходил фотографировать результаты бомбометания. Я рад был пристроиться, но он держал скорость со снижением, и я со снижением догнал его почти под Полтавой, где восстановил ориентировку. Произвёл посадку на свой аэродром и получил наставительный нагоняй от ведущего Кобякина...
Через день мы перелетели на другой аэродром и тут же из-за плохого лётного поля перелетели на аэродром у хутора Полевой. 508 авиаполку командующим 5-ой воздушной армии 2-го украинского фронта была поставлена задача прикрывать переправу через Днепр и наши войска на образовавшемся плацдарме на правом берегу реки. Кременчуг – Днепропетровск – Пятихатка – каждый вылет был со встречей с противником и воздушным боем.
При вылете 24 октября нас встретила группа немецких самолётов «Хенкель-111». Мы с ведущим Михалёвым и командиром звена Свистуновым атаковали бомбардировщики, а командир звена Стройков с лётчиком Сандыгой прикрывали от истребителей прикрытия. В бою я стрелял по левому мотору Хенкеля, так как был в левом пеленге от ведущего Михалёва. Хенкель загорелся. Но на меня больше произошло впечатление от голубых и сизых трасс из пулемётов, стрелявших по нам стрелков бомбардировщика. Мы сбили два самолёта противника, но и у нас в группе подожгли Сандыгу и он выбросился из машины с парашютом, незначительно опалив лицо.
…В ноябре погода была плохая, с осадками и низкой облачностью. Немцы стали летать мелкими группами. Мы тоже летали парами. Мне присвоили звание младшего лейтенанта и должность старшего лётчика. Ведомым у меня был кировец Анатолий Медведев. При высоте облаков 500-400 метров и ниже авиация противника наносила штурмовые удары по передовой. Нам приходилось делать вылеты в район станции Шевченко. В одном из полётов мы с Медведевым встретили «Хенкелей-123». Я атаковал врага сходу на выходе из пикирования, и с первой же очереди Хенкель загорелся и упал. Второй Хенкель ушёл в облака.
Доводилось встречаться и с «Фокером-190». В очередном бою услышал по связи:
- Кобра, Кобра, помоги!
Вижу, в крутом вираже в хвосте у нашей Кобры Фокер. Атакую и даю очередь. Фокер резко выходит из виража и с чёрным дымом уходит на свою территорию. Я стал преследовать, но он произвёл посадку без шасси, «на живот». Я вернулся на свой аэродром. Доложил. Замком эскадрильи Павленко поблагодарил, что я вовремя помог и подранил врага, и… сделал выговор за преследование его.

…В одном из вылетов на прикрытие передовой мы в паре с комэской Михалёвым увидели, что два МЕ-109 снизу заходят нам в хвост. Мне казалось, что они ещё далеко, и - только я вышел в разворот, как получил полную порцию вражеских пуль. С правого крыла из пробитого бензобак брызнул шлейф бензина, пошёл запах гари, связь отказала. Я, конечно, потерял из обозрения командира. Стал готовиться к посадке. Двигатель выключил. Сделал крен и увидел под собой площадку с самолётами Ил-2, замаскированных кронами деревьев. Выбрал более длинную полосу, выпустил шасси, и благополучно приземлился, закончив короткий пробег в огороде какой-то старушки. Вылез из кабины, осмотрел самолёт. Помимо разбитой радиостанции оказались пробиты переднее и правое колеса, а в правом крыле – бензобак. Рассмотрел и стеклоброню с двумя дырами-стержнями от броневых пуль, которые потом долго носил в кармане. Приехала машина и доставила меня на КП к командиру полка замаскированных Илов. Доложил о случившемся. Рядом с КП увидел ещё одну Кобру нашей дивизии - лётчика Иванова из соседнего полка. Не одному мне помог замаскированный аэродром…
На другой день с парашютом и бронестеклом – вес 30 кг. – на попутной машине добрался до своего полка. А потом мы узнали от сбитого Михалёвым пилота самолёта из пары Ме-109, что встретились в том бою мы с хвалёными немецкими лётчиками-асами…
О Михалёве. Михалёв Василий Павлович – был выпускником аэроклуба в Улан-Уде. В 1940 окончил военную школу истребителей, где его оставили служить инструктором. А 12 мая 1943 года Михалёв прибыл в 508 полк младшим лейтенантом, стал командиром звена. Участвовал в боях на Курской Дуге, где сбил 6 самолётов противника и таранил Ю-88. По окончании операции его наградили орденом Ленина и присвоили звание старшего лейтенанта.

30 октября комэска Михалёв с ведомым Коваленко, комзвена Стройковым и Хлоповым вылетели на перехват вражеских Ю-87, шедших под прикрытием двух Ме-109. На встречных курсах завязался бой. Михалёв и Стройков сходу сбили два Юнкерса и расстроили группу. Стройков, Хлопов и Коваленко продолжали биться с Ме-109, а Василий Павлович пристроился в хвост Ю-87. Нажал на гашетку – тихо: кончились патроны. Но Юнкерс был так близко, что Михалёв решил ударить крылом по его хвостовому оперению – он уже имел опыт, когда на Курской дуге отрубил хвост Ю-88. Удар… После короткого шокового состояния комэска услышал, что мотор работает и самолёт его управляем. Выровнял самолёт, осмотрелся. Юнкерс упал на землю, загорелся. Других самолётов противника уже не было. Михалёв, собрал группу, дал команду: «Домой!»
Подстроившись, ведомый Стройков спросил:
- Что это у тебя под стабилизатором заднее оперение болтается?
Но только после благополучной посадки на аэродроме рассмотрели, что правая часть стабилизатора деформирована и висит. Много тогда собралось любопытных посмотреть на самолёт, вышедший почти целым из тарана - уже второго тарана Михалёва, который в следующем 1944 году за боевые заслуги получит звание Героя Советского Союза.

…В одном из декабрьских вылетов, при атаке Ю-88, Михалёва подбили, и под двигателем в хвостовой части произошло воспламенение. Я летел с ним в паре. Он всё спрашивал меня: «Дым идёт?». Я отвечал, что есть шлейф, но не чёрный. Так, с дымом, мы пролетели около двух километров до аэродрома. А при посадке, на сруливании, в задней части за его двигателем мощно полыхнуло. Тушили самолёт комэска на земле дружно, но хвост всё-таки отвалился...
В январе и феврале 1944-го из-за плохой погоды летали мало. Площадка была разбита, заснежена. В феврале самолёты сдали соседнему полку и уехали в Кировобад за новыми самолётами. Вернулись в середине марта, приземлились уже на бетонный аэродром освобождённого Кировограда, где базировались полки дивизии. Отдыхали, знакомились с обстановкой, новостями. Устроились на ночлег. После ужина слышу за окнами гомон, радостные вскрики, кто-то с кем-то встречается. Вышел на шум. Оказалось, это появился лётчик Лёша Савченко. Он подбитым сел «на живот», самолёт поджёг, чтоб не достался врагу, а сам спрятался в лесопасадке. Потом встретил местных ребят, и они его укрывали его до тех пор, пока наши не освободили территорию. И - только угомонились в тот вечер, как вновь в полку раздались радостные голоса. Следом за Савченко вернулся любимец полка, весельчак лейтенант Анатолий Желнин. Он в бою с Хенкелем выпрыгнул из горящего самолёта, но попал в плен. Однако когда немцы уводили пленных в свой тыл, на одном из привалов возле фермы Толя вырыл в навозе яму и товарищи прикопали его навозом. Когда немцы увели пленных, Желнин выбрался из ямы. Затем он скрывался у местных жителей и вот по освобождению территории тоже вернулся в полк»...

1944-1945 гг. Ранение и конец войны

В работе над этим материалом помимо диктофонных записей мне помогали и рукописные воспоминания Дмитрия Андреевича, а также документы: его Лётная и Трудовая книжки.
Нужно сказать, что авиаполк Калинина облетел пол-Европы. Боевых лётчиков полка знало небо Польши, Румынии, Германии, Австрии. Но газетный лимит не позволяет показать полностью боевой путь нашего ветерана. Поэтому хронология событий сокращена. 1944 год в ней завершит обычная запись в Лётной книжке на тот момент командира звена лейтенанта Калинина:
« 23 августа 44 года:
Тип самолёта - Кобра, Количество полётов – 1
Продолжительность полёта – 1 час
Краткое описание задания: Патрулировавние в районе Ячнин-Иваниско. Встреч не было. Посадку производил в сумерках, при прожекторах.
И далее на странице под чертой с переходом на следующую страницу:
Итого за август произведено 15 боевых вылетов с налётом 16 часов 28 минут.
Из них на прикрытие своих наземных войск: 14 б/в – 15 ч. 22м.
Штурмовка войск противника 1 б/в – 1 час, 5 мин.
Провёл 4 воздушных боя, в результате которых лично сбил самолёт противника типа ФВ-190;
Провёл 2 штурмовки, в результате которых лично уничтожил 1 танк, одну подводу с боеприпасами, и до пяти солдат противника.
Адъютант Клименко»

… Весной 1945 года полк стал готовиться к штурму Берлина. На самолётах проверили бомбооборудование. Бомбя станцию Котбус, Калинин удачно попал в цель на путях -между эшелонами цистерн, а напарник Сергей Каширин нанёс удар по вокзалу. Фейерверк был грандиозный. В другой раз, 17 апреля, нанося удары по станции Лимбург, тоже зажгли цистерны. Такие вылеты назывались свободной охотой: когда встреч с самолётами фашистов не было, лётчики бомбили или штурмовали наземные цели.
Но 18 апреля в паре с Медведевым патрулируя юго-восточней Фюнстервальда, встретили четвёрку «ФВ-190», штурмующих колону наших войск. Сходу атаковали их своей четвёркой. Одного на выходе из пикирования поджёг Калинин. Ещё один самолёт сбил Хлопов - из второй пары. Два самолёта врага ушли на малой высоте.
А 24 апреля авиаполк перелетел с аэродрома Фрайбург на аэродром Гаро. Начали патрулирование юго-западной окраины Берлина.

Из рукописных записей ветерана:

«5 мая во втором вылете я повёл шестёрку - я с Медведевым, Хлопов с Бугровым, Сюсюкалов с Гречишкиным - на прикрытие дороги на Фрайбург. На втором заходе у меня под сиденьем разорвался снаряд. Ноги с педалей соскочили к сиденью. Стал ставить их на место – больно в икрах, но поставил, превозмогая острую боль, и дал команду звену следовать на аэродром. На посадке еле удерживал направление, но рулить уже не смог. Лишь свернул с посадочной полосы и вызвал машину. Меня отвёзли в медсанбат. Там обработали ранки, вытащили осколки – они зашли в тело не так глубоко: задержали голенища сапог. Но от удара я ещё три дня не мог ходить. Тогда дали велосипед и через два дня я на нём смог передвигаться, а с 6-го июля уже стал летать.
На том майском вылете моя война закончилась. Нашему полку дали задание прикрывать дорогу Дрезден-Прага, так как на выручку восставшим чехам командующий фронтом маршал Конев послал танковую армию Рыбалко. На Прагу летали до 14 мая, хоть война уже и завершилась…
А День Победы я встретил так. 8 мая вечером после ужина читал журнал. Заснул, когда стемнело, и вдруг среди ночи меня разбудил шум, стрельба. В чём дело не пойму. Схватил ремень с пистолетом. Но в комнату вбежал командир эскадрильи, кинулся обнимать:
- Дима, война закончилась!
Вышли наружу. Там пальба идёт из всех видов оружия. Зенитные пулемёты строчат, пушки ухают, трассирующие снаряды высвечивают настоящий фейерверк.
Принесли из столовой горячего чаю - не до сна уже было. А с рассветом пришла машина, поехали на завтрак, и стали готовиться к вылету на Прагу.

20 мая нам организовали экскурсию в Берлин на автомашине «Студебекер». На откидных скамейках уместилось человек 15, остальные стояли, держась за дуги снятого тента. Поездили по городу, подъехали к Рейхстагу. Кое-что там ещё дымилось. Обошли его вокруг. На одной из сторон встретился фотограф. Сфотографировались. Ездить по городу было трудно – проезд только по определённым улицам. Сфотографировались и у Брандербугских ворот и поехали назад в полк на обед.
Итак, за май я сделал всего два вылета на прикрытие со штурмовкой, и налётал 2 часа.
Июнь практически отдыхали, но дежурства несли.
24 июня перелетели в австрийский город Тульн, потом в Штоккерау, а в Тульне сели американцы.
Наступило время строевой подготовки и тренировка в полётах по приборам.
Весной 46-го перелетели на аэродром Парндорф и дивизию расформировали. Лётчиков раскомандировали по другим частям, а кто пожелал – уволились.
В 47-ом году окончил высшие курсы переподготовки и в полку тренировал лётчиков из училищ до лётчиков второго класса
В 60-ом попал под сокращение, работал на гражданских предприятиях.
В 1968 году снова появилась возможность летать. Летал на АН-2 по спецзаданиям до 1980 года. Списали из-за ослабления слуха. До 1986 года работал в аэропорту диспетчером.
С того года на пенсии. Женат. Две дочери, семь племянников и племянниц, пять внучек и три правнука.
За время войны совершил 149 боевых вылетов на прикрытие наземных войск, разведок, штурмовок с налётом 169 часов. Провёл 44 воздушных боя, сбил - 13 лично и 4 в группе самолёта противника. Получил лёгкое ранение ног. Три раза сбивали: раз в воздушном бою - сел вне аэродрома, и два с земли - тянул на свою территорию, пока работал двигатель, и садился прямо на передовой. Везло.
Прошёл путь от рядового до гвардии подполковника, помощника командира полка.
Награждён боевыми наградами: два Ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны 1 и 2 степени, орден Красной Звезды, медали «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За Победу над Германией», а также многочисленные юбилейные медали и медаль «Ветеран труда».

Как было сказано в начале материала, 28 мая ветерану исполняется 94 года. Доброго самочувствия, дорогой Дмитрий Андреевич, наши поздравления и поклон Вам!


Автор:setimshin
Опубликовано:12.05.2016 13:20
Просмотров:2112
Рейтинг:0
Комментариев:1
Добавили в Избранное:0

Ваши комментарии

 22.10.2016 22:47   editor7  
Благодарю за содержательный рассказ!

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту

Ристалище

Стихотворение Лета 2018

Поэт Лета 2018

Произведение года 2017

Камертон