Море синее вздыбливалось, становилось неистовым.
Я видела – на громадном крабе сидел погонщик.
Он хлестал по воде змеем-кнутом, присвистывая,
Крабы строились в колонны по три и больше.
Их клешни были игривы и в каждой сидело солнце.
В них птицы пели песни галактик, не строевые.
Глаза у крабов, как глубь бездонных колодцев,
И рыбы в зрачках – резвые, с плавниками-крыльями...
Но что мне те крабы – я влюбилась в погонщика.
Я стала медузой, выброшенной на берег,
Меня иссушают солнца , что светят с клешней раскаленных.
И треплют ветра моё скользкое тело -
Оно так прозрачно, невинно, безвольно...
... Погонщик выходит на берег, берет осторожно медузу,
Бросает в бурлящие море. Он прав, мой любимый.
И крабы растаскивают меня по кусочкам,
И солнцами гладят, и мне так тепло, горячо,
Я трогаю рыбок, что в зрачках бездонных колодцев их глаз,
И кто-то целует моё плечо,
И прозрачную шею, где родинка видится центром вселенной любви.
Погонщик мне кажется морем и небом, он - власть, он же сила.
Гладит меня по щеке своей лапой медвежьей,
а я - всего лишь медуза...
Вечерняя станция.
желтая заря...
По перрону мокрому
я ходила зря.
Никого не встречу я,
никого, никого.
лучшего товарища,
друга моего...
Никуда не еду я
никуда, никуда...
Не блеснут мне полночью
чужие города.
Спутника случайного
мне не раздобыть,
легкого, бездомного
сердца не открыть.
Сумерки сгущаются,
ноют провода.
Над синими рельсами
поднялась звезда.
Недавней грозою
пахнет от дорог.
Малые лягушечки
скачут из-под ног.
1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
