Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования
На главнуюОбратная связьКарта сайта
Сегодня
13 декабря 2019 г.

Чем дальше идешь, тем меньше познаешь

(Лао-Цзы)

Наши именинники


Проза

Все произведения   Избранное - Серебро   Избранное - Золото

К списку произведений

парадокс Рубинштейна 3. Маша

Он не знал, что с ней делать. Он не знал даже, что делать с собой. Он не знал, что со всем этим делать. Что с этим не сделай, сплошной пердимонокль выходит.

У него появилась Маша. Вот как бы ниоткуда. Кто бы обрадовался, а он не спешил.

Маша была мала. Не то, чтобы по возрасту. По возрасту-то ей было тридцать уже. Но ростом и жизненным опытом она как-то не вышла. Геометрически в два раза ниже его и на двадцать два года младше. Вот и считай, как говорят простые люди.

У него женщин не было уж давненько. Любимая как ушла полгода назад, так и не возвращалась. Периоды без любимой всё более учащались и удлинялись. Он уставал её ждать.

А Маша пела с ним в ансамбле народной песни “Жаворонок”. И мужчин, тем более любимых, у неё не было вообще.

Она очень страдала от своей незавидной сущности. Ростом метр с кепкой, скромностью запредельной, внешностью… Внешность у неё была спорная. Большинство сказало бы – не красавица. Далеко не красавица. Бурят-монгольское круглое личико, близоруко щурящиеся узкие глазки. Форм почти никаких.
Но он бы сказал – не красавица, но цимес налицо. Никто не видит, а я вижу. Мисс вселенных мне не надо, а Маша – …таким как я в самый раз, в общем. Это он так себе сказал бы.
Но что значит таким как я? Да ещё в самый раз?– сказал бы он себе позже. На безрыбье что ли? Дожил, старый эротоман, до ручки?

Эротоманом он, конечно, не был. Но на Машу поглядывал так, как никто на неё не поглядывал. Иногда даже касался её плеч, как бы случайно. Один раз даже, как бы в шутку, погладил её по всклокоченным непослушным волосам.

Но в целом был с ней выдержан и как бы нордически стоек.

Только однажды зелёная ракета прочертила на его ночном небосклоне черту, которую пришлось пересечь. Как не пересечь, ежели судьба швырнула тебя насильно, дёрнув за воротник? Он чувствовал себя нарушителем границы, которую нарушать не собирался.

Как пишут в идиотских любовных романах, в одно прекрасное утро они проснулись в одной кровати.

До момента сего они дошли, можно сказать, вслепую.

Как-то их хормейстер задержалась в каких-то кулуарах, оставив народный коллектив без присмотра предоставленный сам себе. На полчаса.

Он заскучал и присел к клубному роялю. Хоровые бабёнки обсуждали по углам деревенские сплетни и фасоны концертных сарафанов.
Он тихонько да неуверенно извлекал из рояля звуки известного мелодичного опуса, кажется, Гершвина. Summertime, что ли.
Пауза затягивалась. Он приналёг на Гершвина с пристрастием, и вскоре из-под пальцев полилась уверенная мелодия. Даже бабёнки заслушались.
И тут сзади очутилась Маша и подхватила его адажио голосом. Пела она не очень, но тут на неё снизошло певческое вдохновение. И у неё хорошо так получалось –

…Fish are jumping and the cotton is high…а-а-а-а-а-а-а-ай…

На него оно тоже снизошло, хоть не был он никогда техничным пианистом. Блюзец вышел почти идеально. Даже бабёнки похлопали. Мужики подняли вверх по кулаку – типа оценили.

Маша наклонилась к нему, провела ладонью по жёстким подёрнутым сединой волосам и что-то шепнула на ухо, он не разобрал. Губы её слегка коснулись его щеки. Так ему показалось.

Но это была ещё не зелёная ракета. Она прилетела в конце мая, по случаю.

А случай приключился таков.

Ансамбль народной песни “Жаворонок” обычно полным составом отмечал свои гастроли, выступления, конкурсы небольшим сабантуйчиком. Если позволяла погода, летом, поздней весной и ранней осенью это действо происходило пренепременнейше на природе.
В тот раз их концертная “газелька” поломалась и на насиженное место на пленере коллектив вывезти было не на чем.
Он, по широте своей душевной, предложил коллегам воспользоваться его огромным огородом. Там было где развернуться, разжечь костёр, приготовить нехитрое угощение. Выпить и спеть десяток любимых застольных песен.


Собрались все. Даже в расширенном составе, некоторые с мужьями, жёнами и детьми. Было весело. Песни лились рекой, ими заслушивались даже его соседи и прохожие. Свежевысаженные посевы были наполовину вытоптаны разгулявшимися жаворонятами.

Только в один прекрасный момент он отрубился то ли от усталости, то ли от неаккуратно употреблённого алкоголя. Лёша Басов, по иронии судьбы обладатель нежного лирического тенора, угощал всех какой-то дорогущей метаксой, привезённой с Кипра. Напиток был и в правду вкуснейший. Он не заметил, как выпил лишнюю дозу и заснул на травке, прислонившись к скамеечке.



Так вот, очухивается он, значит, наутро. С Машей, свернувшейся рядом как домашняя кошка.

Проснулись они в одной кровати, как было сказано ранее. Но это значило лишь то, что они просто лежали рядом. Потому, что в такой пикантной ситуации они оказались полностью одетыми. Как и были одеты на банкете. В неброские поношенные спортивные костюмчики. Только у Маши костюм был чистый, а у него весь в грязно-зелёных пятнах. Как будто его волокли аки мешок по огороду.


Маша проснулась раньше и ждала его пробуждения.


– Лев Наумович… не смотрите на меня так. Вам… тебе… вчера стало плохо, и я вас… тебя отнесла до кровати. Лечь здесь пришлось не потому, что… а потому, что у тебя одна кровать. На диван я лечь не могла – там разлёгся твой страшный кот. Он, если растянется ввыстяжь, длиннее меня получается. А я с вами… с тобой. Не могла ж я тебя одного оставить. Вдруг тебе стало бы хуже?


Маша излагала это со своим дивным акцентом. Он называл его финно-угорским. Как говорят в отдельных местах обширного русского государства, она сильно воротила на “о”.

Он сразу усомнился в её способности хоть на сколько-нибудь его перенести. Скорее этот страшный кот оттащил бы его за шиворот, как котёнка, нежели Маша. А ещё скорее, это сделал Лёшка Басов, ибо по комплекции только Лёшка способен транспортировать его восемьдесят пять килограммов живого веса.

Он не помнил, что ему стало как-то плохо. Он просто мирно заснул. Без осложнений. И сейчас, утром, не ощущал никакого синдрома после метаксы. Видимо, это был воистину напиток богов.


– И вот что, – продолжала она. Я вам тут не для того, зачем в постель ложатся. Сейчас не для того. Я сейчас вам… тебе… как мама. Пока. Потом… там посмотрим. Тебя как мама звала? Лёва?


– Мама… Маша… как звала? Почему звала? Она меня и сейчас зовёт. Лейба она меня зовёт. Жива-здорова моя мама, слава Богу. Только далеко она сейчас.


– Лейба… Нет, у меня ты будешь Лёва.


Она смотрела на него как преданная собачонка. Что-либо возразить ей язык не поворачивался.


– А ты что скажешь родителям, где провела ночь, Маш?


– Неважно. Скажу, что осталась в Ярославле, у подруги. Мне у неё надо было найти каталог, по работе. Я уже взрослая девочка. А как твою маму зовут?


– Маша… А, маму? нет, зовут её не Маша. Римма. Римма Исаковна. Это вчерашняя безалкогольная самогонка…Басурман откуда-то привёз. Вкусная… У него чёрная зависть к моему басовому баритону. Я набью ему морду…


– Тебе лучше? Я ухожу. Лежи, поправляйся. Не провожай меня. Я приду… когда смогу, тогда приду. Я твоя женщина, ты мой мужчина, пел Наутилус. Без вариантов. Пока.


Она встала, перешагнула через страшного кота, лежащего у кровати на полу. Хлопнула дверь. Послевкусие финно-угорского диалекта и машиного парфюма потихоньку растворилось в пространстве.

Картина называется “наша-то скромница решила взять свою судьбу в свои руки”, подумал он.
Рубинштейн сидел на кровати, положив голову на кулаки. Он не знал, что со всем этим делать.


Автор:vonDorn
Опубликовано:03.05.2019 17:50
Создано:2019
Просмотров:584
Рейтинг:70     Посмотреть
Комментариев:2
Добавили в Избранное:1     Посмотреть

Ваши комментарии

 06.05.2019 17:28   ArinaPP  
Очень мне понравилось. Может и не влетел Рубинштейн, а повезло ему.
 06.05.2019 18:07   vonDorn  ну да) этот мой ЛГ весьма везучий)) спасибо, Арина

 09.05.2019 07:34   Glimpse  
А зачем Рубинштейну знать, что делать? Маша уже все решила. Так и бывает. Хорошо написано.
 09.05.2019 08:36   vonDorn  ну, знаете)) Рубинштейн не пластилин, штоб из него кто угодно лепил что им надо) Он ещё раз семь-восемь подумает, хоть какая Маша будь)) спасибо
 09.05.2019 09:28   Glimpse  Ну да, конечно, Рубинштейн еще всем покажет, что он не какой-то там пальцем деланный фетюк. Вот только Аннушка уже пролила масло.
 09.05.2019 16:24   vonDorn  нащёт масла вы, пожалуй, правы) Пролила, это точно))

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи,
Вверх, до самых высот!
Кобаяси Исса
Поиск по сайту

Новая Хоккура

Произведение Лета 2019

Мастер Лета 2019

Произведение года 2018

Камертон